Корд проводил меня до выхода. Плечо покалывало, но раздражение было терпимым. Всё равно, что страдать от пореза рядом с зияющей колотой раной.

— Я хочу его увидеть, — сказала я и возненавидела дрожь в своём голосе. — Безумно.

Корд прислонился к зданию и посмотрел на небо.

— Я знаю, — ответил он, — но лучше не надо.

Я была готова рухнуть. Снова. Продолжай я в том же духе и вскоре превращусь в дышащую лужу слёз.

— Корд? — запинаясь, позвала я. Он посмотрел на меня. — Ты дашь мне знать? Когда… закончится?

«Так или иначе, жив он или мёртв».

Корд крепко зажмурился и наклонился вперёд, выглядя так, словно его вот-вот стошнит на тротуар.

— Да, милая. Я дам тебе знать.

В ответ у меня не нашлось слов утешения. Скажи я ему, что значит для меня его брат, вероятно, Корду стало бы только хуже.

Я оставила его у стены здания и пошла обратно к своей машине, злясь на жару и даже на солнечный свет. Всё казалось ошибкой. Хотелось, чтобы мир скрылся под холодным серым туманом.

Глава 28

Крид

Я просто собирался перебросить эту штуку через стену внутреннего дворика и оставить там, полагая, что никто не украдёт. Трули должна была быть на работе, и она всегда говорила, что Стефани почти никогда не бывает дома.

Но это должно быть была моя счастливая неделя. Не успел я перепрыгнуть через стену и с кряхтением перетащить эту штуку, как раздвижная стеклянная дверь открылась.

— Какого хрена ты делаешь? — воскликнула Стефани, звуча скорее, как персонаж Джо Пеши из «Славных парней». Я взглянул на неё и заметил, что она держит бейсбольную биту и выглядит так, словно подумывает ей воспользоваться.

Я проигнорировал и перелез через стену, поместив предмет в центре дворика.

— Твою мать, я задала тебе вопрос!

— Господи, я тебя слышал, — выпалил я, вытирая о рубашку вспотевшее лицо.

Стефани сморщила нос и отвела взгляд.

— Что это, чёрт возьми, такое?

— Это для Трули, — тихо ответил я. Потом понял, что Стефани до сих пор стоит со своей битой, и смотрит так, словно хочет превратить меня в рагу. — Почему бы тебе не опустить эту чёртову штуковину, Стефани? И почему ты ведёшь себя так, будто никогда раньше меня не видела, чёрт возьми?

Она взглянула на биту, и ей хватило приличия немного смутиться.

— Извини, — проворчала она. — Думаю, я немного на взводе в эти дни. — Она открыла дверь до конца. — Ты можешь войти, если хочешь.

— Отлично, — пробормотал я, потом схватил то, что оставил во дворе, и потащил в квартиру.

Стефани отложила биту и теперь наблюдала за мной скорее с любопытством, чем с подозрением.

— Ты купил ей уродливый стол?

— Нет, — сказал я и потянул за крышку, вытаскивая прикреплённую машинку.

Стефани выглядела немного озадаченной.

— Это…

— Швейная машинка, — закончил за неё. Я провёл рукой по шероховатой чёрной поверхности. Большая часть надписей стёрлась, но пожилая леди, которая продала мне её, показала, что всё функционирует. С небольшим количеством масла и мелким ремонтом она будет как новенькая.

Соседка Трули тихо присвистнула и осторожно прикоснулась к деревянному основанию.

— Ты не терял время зря, — прокомментировала Стефани. У неё были странные глаза цвета мёда, которые внимательно изучали меня. Стефани улыбнулась, и у меня возникло ощущение, что она нечасто это делала. — Крид, ей понравится. — Затем она рассмеялась, и наружу вышла симпатичная девушка, которая скрывалась за стервозностью. — Знаешь, приятель, ты совсем не тот, кем кажешься на первый взгляд.

— О да? Кто бы говорил!

— Я, — она поморщилась, — я именно такая стерва, какой кажусь.

— Будь это правдой, ты бы вмазала мне по почкам этой дурацкой битой.

— Возможно, — она пожала плечами и посмотрела на дверь. — Трули должна скоро вернуться. Я не возражаю, если ты хочешь подождать.

Бочком подошла Долли, чтобы потереться о мои ноги. Я наклонился и почесал её за ушами.

— Она сегодня не на работе?

— Нет. Трули сказала, что скоро вернётся.

— Понятно, — я в последний раз потрепал Долли и встал, — на самом деле мне нужно кое-что закончить.