— Не вредничай. Заболеешь еще.

Мужчина сел рядом на свернутый плед. То ли я отвыкла от ухаживаний, то ли мне не доставало романтики в этом городе, но я едва не завизжала от восторга. Потянула скрипучий воротник наверх, оставляя лишь глаза, пряча за ним глуповатую улыбку.

Он отдал мне свою куртку.

Свою куртку отдал.

Понимаете, да?

— Бутылка закрыта, — Люций посмотрел на алкоголь в моих руках.

— И правда, — я отвлеклась от щенячьего восторга внутри, покрутив вино в руке. — Забыла штопор и бокалы. Сейчас схожу.

Я достала из кармана ключи и собиралась встать, но мужчина меня опередил.

— Давай я, — он протянул руку за ключом.

Поднялся, собираясь пойти к выходу, но остановился.

— Второй спрятала? — осведомился Люций, вспоминая свое наставление.

— Да.

— Где?

— В ящике на работе.

— Это по твоему надежное место? — в голосе послышались насмешливые нотки.

— Там есть кодовый замок, — я надула губы.

— И какой же код? Хотя, подожди. Дай угадаю, — он щелкнул пальцами. — День рождения?

— А как ты…

— Это было просто. Но советую сменить.

— Ой, все, — буркнула в ответ снова зарывшись в потрясающий аромат его одежды. — Жду вино.

Люций усмехнулся, но не стал комментировать направляясь к двери. Спустя минут пять он вернулся и сел рядом. Я держала бокалы, пока он открывал бутылку и разливал вино.

— За знакомство? — предложив тост, я подняла свою порцию алкоголя.

Красная жидкость в ночи казалась почти черной.

— За знакомство, — вторил мне детектив, ударяя свой бокал об мой.

Мы выпили, я уставилась на ночное небо, кутаясь в широкую куртку. Обстановка была романтической, словно мы вообще пришли сюда на свидание, а не встретились случайно. На крыше было тихо, в этом состояло главное отличие от крыш миллионников. Там шум машин и кипящей жизни не прекращается никогда. Даже глубокой ночью ты все равно получишь напоминание о множестве людей внизу, снующих туда-сюда. Все бегут, не пытаясь остановиться и понаблюдать, прочувствовать жизнь.

Порыв холодного воздуха осенней ночи заставил неприятно покрыться мурашками и поежиться. Я подтянула колени к подбородку, положила на них голову, теперь упирая взгляд в шершавый бетон крыши.

— Не замерзнешь в одной рубашке?

— Я морозоустойчив.

— Да ну? — скепсис я даже не пыталась скрыть.

— Поверь, есть то, что греет меня холодными ночами.

Ответ прозвучал так загадочно и неоднозначно, что я на секунду призадумалась. Какие тайны хранит в себе этот мужчина? Я ведь, по сути, мало что о нем знаю. Эти его странные татуировки. Интерес к делу о серийном убийце. Ведь его совершенно точно не нанимал никто из жителей города.

Одни вопросы.

— Почему решила переехать? — нарушил тишину вопросом Люций.

— Не знаю, — я пожала плечами, покачивая в руке бокал. На поверхности алкоголя отразился блик, мелькнувший бордовым цветом. — Устала от жизни в большом городе.

— Устала говоришь? — мужчина сделал глоток. — Хочешь скажу, в чем причина на самом деле?

— Удиви меня.

Я повернула голову, кладя ее щекой на коленки так, что мне стал виден его профиль. В тусклом свете черты лица были не так ярко выражены, но от этого он не был менее красив. Ровный нос, четкие линии скул, волевой подбородок. Он выглядел уверенным, с толикой благородства и военной стати. Татуировки, выглядывающие из-за ворота рубашки и закатанных рукавов, разбавляли строгость образа, напоминая — передо мной не просто суровый, хладнокровный детектив, идущий к своей цели, а прежде всего человек, возможно, с не самым легким багажом за плечами.

— Ты бежишь от одиночества.

Рассуждения о внешности Люци как рукой сняло.

— Одиночества? — я приподняла бровь, отрывая голову от нагретых ног. — В Нью-Йорке восемь миллионов жителей. О каком одиночестве речь?

— Так я и не про людей, — мужчина опрокинул остатки алкоголя, потянулся за бутылкой, налил себе новую порцию и добавил мне. — Одиночество внутри, в душе, если угодно. Ты была среди людей, в толпе, никогда не оставаясь одна, но при этом будучи одинокой. Пустота — вот что тебя еще гложет. Здесь ее острые края немного зашлифовываются об размеренность жизни.

Не знаю, правда ли это. Никогда глубоко не рассуждала о причинах своего спонтанного бегства. Но слова тронули некие струны в глубине души, те звонко зарезонировали в ответ, намекая о попадании в цель.

— Ты психолог?

— Я ловлю серийного убийцу. Знать психологию, хотя бы отчасти, очень важно. Так что? — он смерил меня внимательным взглядом. — Угадал?

— Возможно. Сама пока не разобралась, — я сделала пару глотков вина. — От чего бежишь ты?

— Скорее за чем, — поправил меня Люций.