ней. Когда он подумал о другом варианте, о том, что это может быть Лейк, он пришел к тому же выводу.

Голос глубоко внутри него сказал ему сделать глубоко вдохнуть. Заткнись на хрен.

* * *

Лейк уставилась на монстра в дверном проеме, когда внезапно включился свет. Ее дыхание участилось, в момент вопроса в голове, что могло произойти за те пять минут, пока он был там. Кто-то умер? Голос Адалин был на грани, когда она обратилась к Винсенту.

– Что случилось? В чем дело?

Винсент показал то, что было у него в руках, все еще ничего не говоря. Адалин и Лейк испустили вздохи, которые, казалось, задерживали целую вечность.

О, Слава Богу. Никто не умер.

– Господи Иисусе, Винсент! Ты напугал нас до чертиков!
– Адалин пыталась отдышаться.

Голос Винсента был холоден, когда он положил таблетки в карман.
– Чьи это, черт возьми?

Наконец до Лейк и Адалин дошло, что поиск противозачаточных таблеток был прямо под обнаружением мертвого тела члена семьи. Адалин подняла руки.

– Хорошо, Винсент. Просто постарайся успокоиться и послушай хоть секунду.
– Она начала притворно смеяться.
– Поверь мне, мы все хорошенько будем смеяться над этим позже.
– Однако ее смех оборвался при виде выражения лица Винсента.

С в я т о е д е рь м о , к т о – т о м е р т в , и э т о я .

– Есть два гребаных правила, которым должна следовать каждая девушка в семье: первое, ты не можешь ни с кем встречаться, пока не станешь взрослой и не закончишь среднюю школу. И второе, ты можешь трахаться только после того, как выйдешь замуж, с благословения семьи.
– Тон Винсента стал ниже.
– Ты же знаешь, что тебе нельзя принимать противозачаточные средства, тем более что ты несовершеннолетняя. За одну ночь все гребаные правила были нарушены.

Лейк хотела бы убежать и спрятаться. Она знала правила, и они были введены в действие для безопасности девочек, а также для здравомыслия семьи.

Голос Винсента начал повышаться, когда его глаза заплясали между ними.

– Итак, чьи же они? Адалин уставилась в пол.

– Эм...

Лейк посмотрела ему прямо в глаза.
– Они мои.

Глаза парня впились в пленницу Лейка.
– Адалин, выйди.

Адалин не пошевелилась.

– В комнату. Сейчас же!
– прорычал Винсент.

Адалин торжественно вышла, закрыв за собой дверь, оставив свою подругу на произвол судьбы.

Грудь Лейк начала быстро подниматься и опускаться, пока он молча стоял, наблюдая за ней. Она попыталась отвести взгляд, но боялась его реакции на это.

Винсент подождал, пока шаги Адалин не стихли.

– Ты трахаешься с тем парнем, с которым ты сегодня встречалась? А? Что? Нет! Кем, черт возьми, он себя возомнил?

Лейк была в ярости, что у него хватило наглости сказать это.

– Я уже говорила тебе, что мы использовали их, чтобы проникнуть внутрь. Мы даже не танцевали с ними! Ты такой засранец. Тебе никогда не приходило в голову, что я принимаю противозачаточные, потому что у меня отстойные месячные?

– Прошу прощения?
– Винсент сделал шаг вперед.

Лейк была абсолютно сыта по горло тем, что он пытался запугать ее.

– Это было в моей сумке, и ты не имел права рыться в ней. Это не твое гребаное дело, трахалась ли я с ним!