— На моей памяти в первый раз. Максимум у нас бывало, чтоб два-три дня без серьезных угроз. Но чтоб вообще ни одного бродячего Иного? Такого не было.

— Ты же понимаешь не хуже меня, что это значит. Не знаю как, но эти твари копят силы. Будто кто-то удерживает их в одном месте. Грядет что-то серьезное, Хард. Время запрашивать помощи у других городов.

— Что, думаешь, Мать хочет получить своего мессию? — усмехнулся он.

— Не знаю, — честно ответил я. — Может и Мать. Что мы вообще знаем о том, что происходило по ту сторону все это время?

Мэр задумался на мгновение, свесив голову. И я вдруг почувствовал в нем родственную душу. Передо мной сидела старая уставшая химера, разве что восьмой сектор не поставил на нем свое клеймо. Вместо него была обветренная кожа и впалые глаза.

А в остальном — словно в зеркало глянул.

— Пошли, — встал Хард из-за стола. — Покажу тебе, что мы знаем о той стороне.

Заинтриговал, признаю. Вот так вот просто? Пошли, покажу какую-то тайну? В Альтаире пока пару десятков инквизиторов не порешишь — хрен кто что расскажет. Сумасшедший город этот Канопус.

Мы вышли из здания и снова двигались прямым курсом. Никто нас не останавливал и ни о чем не спрашивал. В этот раз правда двинули все же в центр, поближе к жареной рыбке. Я на мгновение даже решил, что мы действительно идем в Черного Кота.

Но нет, незадолго от центральной площади свернули в сторону. Вскоре широкие улицы сменились узкими переулками, а под конец так и вообще двигались по темным подворотням. В конце остановились у неприметного здания, где Хард постучал в железную дверь. Через пару минут я расслышал лязг магнитного замка, и дверь открылась.

Если честно, то я словил нехилый такой приступ дежавю. Темная подворотня, прочная железная дверь и узкая лестница, ведущая глубоко в подвал. Осталось спуститься и услышать ворчание Элиота.

— Мы идем в тайную лабораторию по исследованию Иных? — усмехнулся я.

— Откуда ты знаешь? — с подозрением спросил Хард.

— У моего друга такая же. Была. Пока не пришли инквизиторы. Пришлось все там взорвать.

Мы спустились вниз, но я уверен, что Хард обязательно проверит мои слова. Чтобы убедиться, не подосланный ли я шпион, который прокололся на мелочи. По крайней мере я бы так и сделал на его месте.

— Ладно, признаю. Совсем не такая, как у друга. Скорее как у Инквизиции.

Этот подземный бункер изнутри был оснащен по последнему слову техники. И снова дежавю. Вспоминаю, как бродил по точно таким же помещениям, чтобы вытащить…

— Хард, скажи, что вы тут не ставите эксперименты над химерами?

— Это запрещено, — серьезно ответил он. — И очень опасно. Совет городов единогласно принял решение не продолжать разработки в этой области, а все имеющиеся данные уничтожены. Хотя, глядя на твои способности, я уже начинаю в этом сильно сомневаться.

— И правильно делаешь. Хотя твоя версия и ошибочна, я действительно сам себя перекроил. Так что ты хотел мне показать?

— Пошли, увидишь. Но сам понимаешь, информация об этом не должна выйти за пределы.

— Заинтриговал. Веди уже.

Мы шли мимо хорошо освещенных стерильных блоков с высокотехнологичным оборудованием, таким же, как у департамента. Все выглядело очень похоже, разве что масштабы меньше. Это походило скорее на филиал лаборатории.

И никаких комнат с монструозным вооружением, создающимся под тяжелую руку боевой химеры. Ничего похожего на попытки создания биомодов, хотя клетки с крысами я видел.

Но пока что все в рамках морали, как мне кажется. Хоть я и не особо во всем этом разбираюсь. Следом мы спустились еще на уровень ниже и тут уже обнаружились люди в классических белых халатах. Впрочем, в Канопусе даже они были больше похожи на мундиры с двумя рядами пуговиц и высокими воротами.

Хард привел меня в просторное помещение, где вдоль стен стояли тяжелые клетки с запертыми Иными разных видов. Была даже Жаба, которая при виде нас не упустила шанса харкнуть кислотой. Впрочем, странное мутное стекло выдержало залп и даже не оплавилось.

Твари оживились, когда мы проходили мимо, пытались выбраться, перегрызть или просто выломать прутья. Но действительно опасных особей здесь не было.

— Эксперименты над Иными? — напрягся я.

— Изучение, — бросил Хард. — Создание защиты, вроде того покрытия от биокислоты. А также поиск оружия. Тестируем вирусы и яды против Иных.

— И как успехи?

— Околонулевые, — признался Хард, даже не дрогнув голосом. Чтобы признавать поражения подобных масштабов, нужен характер. Или его полное отсутствие. — Но я не это хотел показать. — Выведи бету! — крикнул он куда-то вглубь.