У Грегорика, как мне помнится, пока нет наследника... Дети, рожденные до коронации, по нашим традициям не считаются наследниками престола. Поэтому и Абрита ждала, когда сын императора достаточно подрастет, чтобы примерить императорскую корону. Иначе их, как в нашем мире, поженили бы не дожидаясь совершеннолетия принца.

И если королевская династия прервется... Тогда за трон будут биться не на жизнь, а на смерть все шесть родов... Седьмой род, то есть детей Грегорика можно не брать в расчет. Его супруга слишком слаба, ходили слухи, что у королевы было несколько выкидышей подряд. А старшему сыну сейчас двенадцать, и он пока не способен удержать власть. Тем более в советниках у него человек, который спит и видит, как бы самому сесть на трон.

Вот только Адрей зря надеялся, что в случае смерти Грегорика, трон точно достанется Бокреям. Они не самый сильный род среди Высших аристократов. И, я уверена, Третий советник очень сильно потратился семь лет назад, когда предпринял первую попытку завоевать трон, устроив заговор против моего отца.

И в ближайшее время, без поддержки сильных мира сего, например, Абрегорианского императора, с которым Третий советник собирался породниться, через женитьбу на герцогине Форент, шансов у них было бы совсем мало.

Я рассмеялась. Все сошлось идеально. Кажется, я смогла разглядеть еще одну грань замысла моего врага.

— Ты видишь?! — взвился Адрей услышав мой смех, — она смеется над тобой, отец! Она обвела тебя вокруг пальца и радуется! Слышишь?!

— Хватит! — теперь из себя вышел и Третий советник. Я впервые видела его настолько несдержанным. Теперь он тоже кричал, — Адрей, ты ведешь себя неподобающе! Немедленно прекрати истерику! Ты женишься на этой девке, даже если она всю жизнь обслуживала других мужчин! Я сделал все, чтобы наш род не уронил честь перед обществом. Сейчас она герцогиня Форент. И ты будешь относиться к ней, как к герцогине! По крайней мере на людях. И ты будешь спать с ней до тех пор, пока она не родит сына. В этой девке течет кровь Древних Богов. И она наш шанс породниться с самим императором...

С каждой фразой накал слабел. Выплеснув свою ярость, Третий советник быстро взял себя в руки. И последние слова говорил так же спокойно и ровно, как всегда. Хотя несколько более отрывисто.

— Нет! — Адрей подскочил к отцу и замер перед ним с перекошенным лицом и сжатыми кулаками, — никогда!

— Это не обсуждается, сын. — Третий советник был спокоен и тверд. — Я уже все решил, ты женишься. И точка. Роду нужна Древняя кровь.

— Тогда женись на ней сам! — взревел Адрей и выскочил из кабинета, громко хлопнув дверью. Но и его отец, и мы с бароном Пирром, ставшие свидетелями скандала, услышали, что он уже сломался. Смирился. Адрей не пойдет против воли отца.

Но он попытается отыграться на мне... И мне выгоднее продолжать «дружить» с отцом, а не налаживать отношения с сыном. Адрей слаб, и Третий советник твердой рукой держит его за горло. Сейчас я поняла это очень отчетливо.

Жених трусливо сбежал, а мы остались в кабинете прежним составом. Третий советник, совершенно спокойно, как будто бы не было здесь и сейчас этой безобразной сцены, прошел к столу и сел на свое место.

— Присаживайтесь, — кивнул он нам. Сегодня в кабинете стояло три кресла, поэтому проблем не возникло. — Абрита, если желаете, можете тоже уйти. Гостей у нас сегодня нет, но вы можете прогуляться по замку, сопровождающего я вам выделю. Мы с бароном Пирром решим все сами. Я помню все, что пообещал вам в обмен на вашу лояльность. Сейчас мы обсудим, технические моменты и организационные вопросы, которые необходимо внести в брачный договор.

— Благодарю за заботу, — склонила я голову, — но я предпочту сама проследить, чтобы все мои пожелания были учтены. Я не подпишу брачный договор, который ущемляет мои интересы. Более того, я собираюсь потребовать у вас еще и гарантии моей безопасности.

— Гарантии безопасности? — прищурился Третий советник. Кажется ему совсем не понравилось то, что он услышал.

— Именно, — кивнула я. — Вы же понимаете, я поставлена в весьма невыгодные условия. Ваш сын категорически против женитьбы на мне, и вполне способен сделать мою жизнь невыносимой. И вы должны позаботиться о том, чтобы он не совершил ничего непоправимого. Я, знаете ли, не хочу, чтобы в одно прекрасное утро оказалось, что супруга вашего сына случайно померла во сне, задохнувшись под подушкой.

— Вы совершенно зря переживаете, — нахмурился Третий советник. — Адрей не сделает вам ничего плохого. Ну, покричит может... Но вы же женщина и должны уметь усмирить гнев мужчины. Поддайтесь, поиграйте с ним, соблазните... не мне вас учить, Абрита. Мой сын прав, вы давно не девица, и прекрасно умеете завоевывать мужчин. А договор, — он усмехнулся, — вам подписывать и не надо. За вас это сделает ваш опекун — барон Пирр.

Я вернула ему усмешку:

— Что же, тогда, я полагаю, исполнять договор будет тоже барон Пирр? — С удовольствием увидела, как в глазах моего собеседника мелькнуло недовольство, — вы забываете, что я не Абрита Форент. И привыкла сама принимать решения и подписывать договора от своего имени. И не собираюсь изменять своим привычкам.

— Вам не кажется, ваша светлость, что вы чересчур осмелели? — теперь в голосе Третьего советника явно была слышна угроза. — В первую нашу встречу вы были гораздо более напуганной и покладистой.

Но я не собиралась сдаваться. Эту схватку я должна была выиграть. Вопрос жизни и смерти. Ибо Адрею я не доверяла ни на гринку. Если я уступлю, и не получу никаких гарантий от отца, то сын может просто прибить меня в первую же ночь. Я не обольщалась по поводу «поддаться, поиграть и соблазнить». Во-первых, не со всеми мужчинами эта формула работает. Вряд ли мои соблазнительные прелести увлекут Адрея настолько, что он забудет про ненависть к ушлой нищенке. А, во-вторых, вопреки мнению Третьего советника и Адрея, я-то не была опытной соблазнительницей. У меня и мужчина был только один — Гирем. И я его не соблазняла вовсе. Это скорее он меня...