Шрифт:
Лишь спустя секунду я узнала это избитое лицо. Тьфу-ты…
— Блять, Костя… — выдохнула, почти не испытывая облегчения, ибо эти несколько мгновений пережитого чудовищного ужаса полностью истощили эмоциональную реакцию и выжгли до тла способность ощущать какие-либо чувства…
*20*
— М-м… Тут, значит… Явилась? — уже по голосу стало понятно, что он не в духе. — Я. А ты кого ждала?
Он шагнул внутрь, опуская вниз руку с зажигалкой и пытаясь осветить себе путь.
Я приподнялась на локте, наблюдая за его приближением. Всё-таки я безумно рада его видеть — по крайней мере именно сейчас Костино общество в разы лучше пугающего одиночества. А то, что злой — ну его проблемы, перебесится…
— Тебя где черти весь день носили, а?! — Костик с ходу неожиданно с силой вцепился в мой локоть…
Меньше всего ждала подобных действий… Как-то растерялась от такого обращения…
Костя сплюнул под ноги. Грубо дёрнул меня с места, заставляя скатиться с лежанки вниз… Удержал в последний момент, не позволяя упасть на пол…
Зажигалка погасла, погружая помещение в кромешный мрак…
Он нормальный вообще?!
— Ты, блять, понимаешь, что я все окрестные дома и сараи вдоль и поперёк на животе прополз — вдруг ты в подвал провалилась или придавило тебя чем… — ревущая ярость в его голосе только набирала обороты. — Ты мне ничего сказать не хочешь?! Ин? Нет?!
Я с испуганным недоумением всматривалась в темноту, различая лишь нечёткие контуры его лица и слушая шумное надсадное дыхание. Нет, я, конечно, тоже за него и за всех остальных переживала и волновалась, но не до такой же степени, чтобы так орать при встрече…
— Не хочу, Кость… — я попыталась произнести это спокойно и холодно, но, как назло, дрожавший с перепугу голос сорвался, и получилось скорее пренебрежительно и высокомерно. — Мог бы не искать, тебя никто не заставлял…
— Да твою мать… — Костя с остервенением рванул мою руку в сторону, заставляя меня по инерции описать полукруг в пространстве… — Сучка неблагодарная…
Я всё-таки полетела на пол, зацепив кроссовком загремевшую банку с железными болтами и больно ударившись лодыжкой об колёсный барабан… Завизжала, прокатываясь бедром по бетону и машинально сама цепляясь за Костину руку, так и продолжавшую тисками сдавливать мой локоть…
В темноте от этих резких тычков закружилась голова, сердце застучало где-то в горле, живот свело судорогой. Больно же! Тварь…
— Ты вообще озверел? — я неосознанно попыталась подняться, тоже переходя на крик. — Зачем искал? За этим? Или что, трахать больше некого?
Костя снова дёрнул меня за руку, одним движением заставляя встать на ноги…
— Просто обьясни, Ин… — он, похоже, честно старался взять себя в руки, но выходило у него до омерзения плохо. — Ты вроде пошла к воде, как ты сама тут сказала… Где ты была всё это время?
Дико раздражал этот его требовательный тон, его отвратительные манеры, эти неуместные вопросы и слишком явная попытка надавить на меня. Наверное, если бы он мог видеть моё лицо, то даже без слов догадался бы, что я думаю о нём и его повадках…
— Где была — там уже нет, — я напрягла руку, достаточно прозрачно намекая на то, что пора меня отпустить. — Я ничего не обязана тебе объяснять…
Костя лишь сильнее стиснул пальцы на моём локте, встряхнул меня так, что голова запрокинулась назад…
— Не тупи, Ин, — в его повышенном голосе звенела вкрадчивая угроза. — Давно смелая-то такая стала? Не обязана она…
— Это ты не тупи, Костя! — я попыталась отлепить от себя его каменную ладонь, в сердцах впилась ногтями в грубую кожу, от души стремясь причинить этому охреневшему придурку хоть немного болезненного дискомфорта. — Я не хочу ничего объяснять! И не собираюсь! Тем более тебе…
Левую щеку внезапно ужалила резкая боль…
Затрещина прилетела слишком неожиданно, и я больше испугалась, чем в полной мере ощутила на своём лице пылающий след, оставленный Костиной огромной тяжёлой лапищей… Наверное, в темноте рассчитать меткость было проблематично, и пощёчина зацепила ухо, обожгла скулу, оставила горячий след на губах, но звенящее жжение осталось только на щеке…
Повело в сторону, и если бы Костя не держал меня так крепко, я, наверное, не устояла бы на ногах и снова рухнула на пол…
Задохнулась от обиды… Секундный шум в голове сменился тупой холодной злостью…
— Да как ты… Ублюдок…
Я молниеносно вскинула руку, наугад ударила в ответ… Но тонкий звонкий звук нелепого шлепка по щетинистому мужскому подбородку неожиданно вызвал у Кости лишь тихий лающий смех.
— Да что ж ты за баба такая… — он оскалился уже без гнева, скорее с азартом, безошибочно в темноте перехватывая моё запястье…