– Ты этого можешь не знать, но средний класс довольно сильно сузился за последние десятилетия. Это похоже на огонь в камине, только топят его уже мебелью и книгами. Образно говоря, сжигается будущее, чтобы прошлое оставалось настоящим. Иллюзия благополучия и стабильности. По сравнению со всем миром это может действительно показаться так. Но того, кто может смотреть и сравнивать, обязательно заметит разницу. Этот пепел и угли, которых становится всё больше. И нельзя не задаться вопросом: кто сгорит следующим ради удержания этой картинки?

– Это… не может быть правдой.

– Разве? – Архитектор взмахнул рукой и показал картинку после атаки Левиафатан. Разрушенный полузатопленный город, раздираемый бандами и стены уцелевших благополучных кварталов.

– Будущее вариативно, но в нём нет поней и радуги со всеобщим благополучием. Никто не сделает это за тебя или меня, - Архитектор отошёл, начав неспешно прогуливаться вдоль экранов. – Ты можешь спросить: что может сделать кто-то вроде тебя? Ведь ты простая старшеклассница, верно? Не гений, даже не отличница. Так каковы твои шансы на лучшее будущее?

Архитектор развернулся. К этому моменту я немного смухлевал, усилив Биокинезом эмоциональный всплеск Эммы. Девушка чуть ли не ревела, очевидно, осознавая, что не столь далёком будущем ждёт только тьма и ужас.

– Они стремятся к нулю, - Архитектор развернулся к ней, - но меня бы здесь не было бы, если бы ты не пыталась этого избежать и что-то сделать. Итак, ты хочешь изменить своё будущее?

– Д-да, - она покивала, проглатывая ком в горле, - хочу.

Я успокоил гормональную бурю, чтобы она ненароком не проснулась и во сне девушка тоже успокоилась.

– Это то место, где мне делают предложение, от которого невозможно отказаться?

– Отчасти, - я стукнул о пол тростью и изображения в «окнах» изменились. – Мне нужны люди с активной позицией, готовые работать, учиться и действовать, отпираясь на свой ум и упорство.

В окнах стали мелькать картины паралюдей и их битв. Где-то я просто нагло смухлевал, используя воспоминания из фильмов моего мира, лишь немного подретушировав узнаваемые элементы.

– Герои, злодеи, бродяги – все они паралюди. У всех есть силы. До появления губителей они моли показаться богами, кем-то, кого нельзя победить или кому невозможно противостоять. Естественно, что это заблуждение быстро развеялось, но это не отменяет пропасти, которая есть между простым человеком и парачеловеком. Со временем эта мысль стала доминировать в обществе, что паралюди – это то, с чем простые люди не могут иметь дела. Кто-то с кем справиться только другой парачеловек. Или как минимум подготовленный отряд людей.

Архитектор снова ударил тростью о пол, в окнах начали мелькать другие картинки. Схемы, чертежи, эскизи и реалистичные кадры бионических протезов, андроидов и многого другого.

– Человек стал доминирующим видом на планете не благодаря когтям, клыкам или несуществующей сверхсиле. Ни магия и религия вознесла нас за пределы воздушного пространства, позволила шагнуть по Луне. Разум и коллективный труд сделал это. Когда-то девушек выдавали за муж в 12-13 лет, а мужчина считался взрослым уже в 14 лет. Когда-то читать и писать могли меньше десяти процентов населения, сейчас это повсеместное требование. С ростом прогресса растёт и количество информации, которую нужно усвоить. Чтобы получить специалиста требуется лет семь общего и ещё от пяти лет профессионального образования. Теоретически это время можно сократить, но в этом случае потребуется индивидуальный подход и затраты лишь возрастут.

Архитектор поднял бионическую руку, фокусируя внимание девушки на ней.

– Что делает человека человеком? Существует притча о корабле, который ремонтировался столько раз, что в нём не осталось ни одной доски или гвоздя из которых он был сделан в момент выхода из гавани. За свою жизнь человек полностью меняет свой клеточный состав несколько раз. В некоторых случаях это происходит десятки тысяч раз. Итак, тот же самый это человек, что был двадцать лет назад или совершенно другой? Сделает ли замена руки меня совершенно другим? А если поменять не только руку? – Архитектор оторвал свой взгляд и посмотрел прямо в глаза Эмме. Завороженная девушка чуть вздрогнула, но ничего не ответила, хотя хотела что-то сказать и открыла рот, но побоялась.

– Что ж, я думаю, что знаю ответ на этот вопрос. Человеком нас делает то, что у нас в голове и речь не о мозге, а о личности. Душе, если говорить метафизически. Твоя память, твои привычки, твои убеждения, твоё воспитание – всё это формирует твое «я». Твоё имя, наконец. Во время второй мировой войны фашисты и Гитлер пропагандировал чистоту и превосходство расы, были популярны евгенические программы. Я не могу сказать, что они были лишены смысла, так как это был вопрос улучшения тела. Но разум – вот настоящая ценность и сила. Способность решать проблемы и задачи, опираясь на старый и новый опыт. Паралюди могут впечатлять своими яркими способностями, но это, - Архитектор указал на висок, - этим они не блистают. Впрочем, как и большая часть человечества. Даже ты, Эмма. И это я хочу исправить.

Архитектор ещё раз стукнул о пол тростью, новые кадры замелькали на экранах.

– Посмотри, что ты видишь?

– Эм… Нью-Йорк? Мегаполис? – Неуверенно сказала Эмма.

– Улей. Верно, тысячи людей движутся туда-сюда, чтобы выполнять работы, которые им поручили. Многие учились годами, чтобы выполнять свои задачи. Кто-то не имеет образования, но все они работают. Тратят своё время и силы, но ради чего? Очевидный ответ – ради удовлетворения собственных потребностей: вкусная еда, новая одежда, машины, дома, предметы потребления. Товары и услуги. Всё то, что делают другие люди. Другими словами, ты видишь перед собой круговорот трудовых часов. Деньги – эквивалент этого труда, но на деле это просто резаная бумага. Никто не может сказать, сколько точно было вложено труда в тот или иной доллар, получает кто-то заслуженную зарплату, а кто явно обделён.