Я рванул туда на всех парах. Не рассматривая каждое устройство или робота подробно, я стал помещать их в своё карманное измерение, намереваясь изучить их в дальнейшем. Сам межпространственный карман выглядел как чёрный прямоугольник, словно проход. Я на секунду подумал, что это «дверь» Двередела, но на деле это была работа «проектора двери» - я ощущал это устройство своей Технопатией. Совершенно незнакомая технология, внутри было больше.

Я сосредоточил свои усилия, чтобы извлечь и взять всё, что там было.

Пока я грабил тайник, Армия Машин решила дать ответ на такую наглость самым рациональным способом, каким могла. Загрохотали пушки, взревели неуправляемые реактивные снаряды, было даже несколько вспышек какого-то излучения, от которого меня защитило силовое поле Славы, прежде чем мою позицию и местоположение Нексуса накрыли снаряды. Много снарядов. Меня отбросило взрывной волной, неприятно сильный толчок вызвал лёгкое сотрясение, но спустя секунду я был практически в норме, когда сила Славы стабилизировала силовым полем моё положение, позволя взлететь повыше.

Я мысленно проверил содержимое карманного измерения и выдохнул – проектор был там, как и практически всё, что было в том кармане. Таймер напомнил мне уже в пятый раз, что приближается время для «хроно-гигиены», скоро закончится 12-часовой прогноз от Ткача Судеб, а Непредусмотрительность явно не знала, что я подниму такой сильный шум.

Полминуты я боролся с жадностью. Сейчас я мог относительно безнаказанно грабить Армию Машин. Даже просто при помощи Технопатии можно было бы «шокировать» техномонстра и брать столько, сколько влезет в карманное измерение.

Но только сейчас. В чём я был уверен, так это в том, что второй раз рой будет готов. Технопатия, мягко говоря, не очень хорошо работала с фотонной техникой. Если рой перейдёт на оптоволоконную передачу информации и поменяет некоторые «процессоры» и «контролерры», какими они бы ни были, а это Армия Машин способна сделать, ведь в основе лежит нанотехнология позволяющая манипулировать атомной структурой, что позволяет собирать из «кубиков мироздания» всевозможные конструкции.

В следующий раз Армия Машин будет готова и может захотеть взять реванш.

Я глубоко вздохнул и выдохнул – надо придерживаться плана. Жадность до добра не доведёт, я и так хапанул более чем достаточно. Больше, чем кто-либо ранее. Ещё и разбираться с тем, что набрал. Тем более, что если Армия Машин почувствует кусочек себя на расстоянии и сможет связаться с ним – жди беды.

Рядом со мной разорвался новый снаряд и силовое поле защитило меня от взрывной волны и осколков. Я не стал больше дожидаться новых взрывов и взлетел вертикально вверх на полной скорости, отказываясь от Технопатии и Ремонта в пользу Маяка – пора вернуться, проверить будущее и заняться разбором трофеев. У меня уже руки чешутся (фигурально). Столько идей… Даже в «базовой комплектации» я получу автономную технологию саморемонта, а в усиленной версии это будет «серая слизь», способная переработать горы мусора и лома в сай-фай технологии и тинкертех. Может быть даже улучшить его, если я смогу перенести Синтию в новое тело или подключить её к рою.

Уже под самыми облаками я увидел вспышки и маленькие фигуры летящих на случившийся шухер кейпов. Да, как я мог забыть о сторожах. Сейчас они ещё и накостыляют бедной Армии Машин за то, что посмела высунуть свой нос. Взор Силы уловил что-то называющееся «Плазменым Ореолом» и «Короззийным Пульсом», прежде чем я не скрылся в кучевом облаке, поднимаясь всё выше и выше.

Глава 92

Дул прохладный ветер, на горизонте темнели тёмные дождевые тучи, волны сильнее и беспокойнее бились о берег, пенились волны в море, возвещая о приближающейся буре. Я позволил себе лёгкую слабость, открыв шлем, чтобы «прочувствовать атмосферу». Серены не ревели, вместо них из громкоговорителей лилась музыка и песня Канарейки. Толпы людей шли в убежища, паркуясь, где придёся, освобождая дорогу, чтобы люди могли пройти. В центре оставался коридор для спасательных служб.

Песня касалась простых людей, так что паралюди могли действовать свободно, либо готовясь к битве, либо сматывая удочки. Сила голоса Канарейки ослабевала при трансляции через динамики, но всё ещё вызывала достаточно сильные побуждения действовать так, как она говорит.

Бывшая вышка Протектората грохотала, выстреливая куда-то в море снаряд за снарядом, которые уносились за горизонт. Ранее в ту сторону уже улетели ракеты в том числе со специальными боеприпасами.

Синтия засекла движение Левиафана ещё полчаса назад. Он не очень «тонкий» несмотря на то, что достаточно внезапен. В целом, все губители дают знать о своём приближении. Бегемонт предупреждает землетрясениями, он вообще прямо сигнализирует о своём прибытии и месте появления. Симург постоянно под наблюдением и с орбиты ей лететь всегда где-то от пяти до нескольких десятков минут – тут зависит от места назначения и «настроения» губителя. Левиафан – макрогидрокинетик, но достаточно ленив, чтобы собрать заранее дождливые тучи и привести их туда, куда ему надо. Несмотря на способность двигаться со сверхзвуковой скоростью в водяном коконе, Левиафан редко движется с такой скоростью и как правило приближается достаточно медленно, подходя к берегу замедляясь ещё сильнее, чтобы его могли рассмотреть и осознать величину проблем.

Я не был уверен, куда именно и когда атакует Левиафан, тем не менее, я мог создать условия. Броктон Бей был горячей темой обсуждений, ведь масштабный тинкертех и фантастические приключения героев и злодеев прославили их на всю страну. Правительство не хотело позволить кому-то владеть такими вещами, но и силой забрать не было возможности – не поймут. Кооперация из героев и злодеев постепенно находила компромисс в разных вопросах и начала, разумеется, с того, что было выгодно всем. Так что совместная работа всё-таки началась, пусть и не так успешно, как могла бы.