— чушь собачья! — не верил Борил.

— хотите, я вскрою ему брюхо, и вы сами убедитесь! — уже готовя скальпель, сказал врач.

— не нужно резать и без того бедного мальчика. — холодно ответила Анна.

— спасибо госпожа за понимание. — успокоился врач.

— лучше приготовьте его, чтобы мы могли его отвезти к крепости и похоронить со всеми почестями.

— слушаюсь госпожа.

Анна и Борил вышли с дома лекаря. На улице стояла группа солдат, которые уже не отходили от королевы, понимая, что семья короля теперь в опасности в любой момент.

— и что теперь? — спросил Борил поникшим голосом.

— ничего. Этого человека нужно похоронить. Если бы мы были на моей родине, то такого героя бы сожгли на ритуальном камне и проливали слезы в течении трёх дней. Но, у вас нет традиций, чтить людей как подобает, поэтому просто похороним бедолагу.

— это и так мне понятно. Что мы скажем королю?

— господи Борил! — не выдержала королева. — Когда вы начнёте думать своей головой? Я что должна все решения сама принимать? Вы мужчина или нет?

— не надо так говорить госпожа. Я всё ещё на вашей стороне! Меня тоже печалит смерть этого парня, я и подумать не мог, что он спасёт вашу семью ценой своей жизни. Это просто нонсенс!

— нонсенс это то, что если бы мы его не взяли с собой, то были бы мертвы. Потому что, покушение на нас давно планировалось! Кто знает, может на моего мужа тоже покушались, вы обязаны поговорить с Эмилом об этом. А я поговорю с Калояном. Я знаю, что он будет зол и будет во всём винить меня, особенно в том, что я подвергла детей опасности!

— конечно! Но, вы ведь не знали о том, что вас хотят убить?! Как можно такое предвидеть!?

— никак Борил, но Калояну будет плевать, что я думаю, ему всегда плевать на моё мнение и мои действия! Вы с Эмилом должны выпытать у выжившего убийцы имя заказчика и уничтожить его пока он не скрылся или не завершил задуманное!

— так и сделаем госпожа. Давайте быстрее вернёмся в чёртову Лютицу.

— хорошо, но только после того, как лекарь забальзамирует тело парня. — ответила Анна, вновь прикрывая пальцами глаза, от слёз.

***

— как дорога, мой хороший? Мороз не выбил с вас спесь?

— да всё хорошо, я привык к разной погоде. В Болгарии не так холодно, как в той же Венгрии, так что я в порядке. — кивая ответил шпион.

— ну давайте, рассказывайте! Что там у наших западных гостей за дела. Всё выкладывайте! Говорят эти черти непобедимы? — ухмыляясь, спрашивал Калоян.

— государь, рассказать есть что, поверьте. И то, что я вам расскажу, вам может не понравится.

— неужели? — хлопнул Калоян по столу.

— я серьёзно. — говорил мужчина аристократичной внешности в дорогих тёплых одеяниях. Этот человек был информатором из пригорода Константинополя.

Калоян, Эмил, Божидар и Михаил Петров сидели в закрытой таверне, где не было никого кроме них, и кучи стражников дежуривших у входа.

— ладно, не томите. — опрокинув кубок вина в рот, скептически сказал Калоян. — Рассказывайте скорее!

— пару недель назад, к южному берегу Константинополя прибыло войско крестоносцев. Их численность крайне сложно было посчитать.

— сколько было кораблей? — спросил Божидар.

— я насчитал двадцать, но думается мне, эта делегация в два захода прибывать будет.

— есть к этому предпосылки? — спросил Эмил, потирая виски.

— да, есть. Изначально мои информаторы из Рима сказали, что планировалось двести тысяч. Ясное дело, что это были влажные фантазии Иннокентия, тем не менее, когда крестоносцы уничтожили порт Имре в Далмации, то по слухам, их было не меньше двадцати тысяч. Разумно было бы предположить, что их от двадцати до тридцати тысяч человек, может быть больше.

— каковы их планы Михаил? — спросил Калоян.

— а как вы думаете государь? Такой толпой приплыть до ворот Константинополя, чтобы гашиш покурить и вина выжрать пару бочек? — ухмыльнулся шпион.

— ясное дело, что они будут штурмовать стены Константинополя. Но, разве это им под силу? Если судить о их количестве, то защитников ровно в десять раз больше. Это безумие. — предположил Божидар, он же главнокомандующий болгарского войска.

— как бы ни так. Что вы знаете о крестоносцах уважаемые господа? — спросил Михаил.