Ликвидатор взяла на себя то, что не смогли все остальные, вместе взятые. Она сотворила защитные барьеры вокруг селений, запитывала самые сложные артефакты, и самое главное — заставила иносов считаться с орденом, а точнее бояться. Щит и меч, неустанно стоящий на страже независимости Либеро.

— Но зачем тогда ко'тан Сильвес хотел убить меня? — спросил я, выслушав рассказ Рашимуна, хотя на языке крутился совсем другой: у всех ликвидаторов идёт отсчет до смерти, который можно продлить лишь одним способом — поглощением божественной искры? Увы, но сам я склонялся к варианту, что это ещё одна моя особенность, личная.

— Всё просто. — усмехнулся Александр. — Наш смотритель, из-за своей слабости и трусости, лишь чудом стал старшим воином. Звание кона ему было не получить, а значит он должен был провести в форте семнадцать остаток своей жизни. Другое дело, если бы он поглотил твоё сердечное ядро и перешёл в ряды ликвидаторов. Тогда он получил бы новые возможности, и переселился в крепость. Видишь ли, в ордене существует негласная иерархия. Воин стоит на самой низшей ступени. Чуть выше располагается отшельник, затем идёт смотритель. На вершине располагается ликвидатор. У всех у нас слишком разные возможности...

— Всё просто. — подтвердил наставник. — Ты был идеальной жертвой.

— Но как же устав? Ведь за убийство орденца смертная казнь. — задал я ещё один вопрос.

— Очень сложный вопрос, ученик. — нахмурился ко'тан. — Я сейчас не готов на него ответить. Могу лишь добавить, что в каждом правиле бывают исключения.

— Где сейчас основатели ордена? — неожиданно в наш разговор вмешалась Сана.

— Воин Крип погиб в схватке с тварью шестого ранга, выползшей из руин древнего города. — голос Рашимуна немного охрип от долгого рассказа. — Отшельница Каас сгорела — пыталась закалить артефакт в подземном пламени, и упала в огненную реку. Смотритель Вонг скончался от старости. Увы, но судья слишком мало охотился, больше времени уделяя внутренним делам ордена.

— А ликвидатор? — это уже Сана опередила меня с вопросом.

— Никто не знает, что стало с неназываемой. Многие орденцы считают, что она до сих пор жива, и руководит аратами. Кто-то верит, что ликвидатор поглотила слишком много теники и стала ренегатом, перешла на службу иносам. В хрониках Либеро сказано, что однажды она просто исчезла.

— Есть ещё одно поверье. — уставившись в столешницу, глухо произнес Александр. — Самое распространённое, и в то же время самое невероятное. Орденцы считают, что неназываемая специально укрылась в тайном убежище, и лишь изредка выходит из него, чтобы поглотить очередную порцию теники. Таким образом она будет жить вечно, а вместе с ней существовать и Либеро. Стоит самому старшему ликвидатору умереть, и орден потеряет всю свою силу.

Богиня не может умереть — хотелось сказать мне, но я сдержался. Не могла Айлин быть одним из основателей ордена. Это просто невозможно, так как боги не обладают телесной оболочкой. Могут лишь на короткий промежуток времени занять чужое тело, или сотворить очень четкую иллюзию. Впрочем, кто сказал, что мои познания являются истиной?

— Конмэ, есть ещё что-то важное, что я должен знать о ликвидаторах? — всё же задал я вопрос, надеясь, что мне всё же приоткроют тайну о божественных искрах. Увы, моя попытка оказалась бесполезной.

— Ты уже знаешь больше, чем любой тан во всём ордене. — усмехнулся Рашимун. — Сначала повысь уровень взаимодействия с Либеро, и тогда твои вопросы отпадут сами собой.

— На сегодня хватит столь важных и серьёзных бесед. — Александр уже в который раз встал из-за стола. — К тому же наш ученик не ел двое суток, пора бы уже накормить будущего воина. А после я хочу посмотреть, как ты, Алексис, сражаешься. В условиях, максимально приближённых к боевым. Скажу честно, уже подумываю навестить посёлок два-два-семнадцать, и расспросить того умельца, что обучал тебя. Скажи честно, это староста?

— Жизнь научила, конмэ. — хмуро произнёс я, игнорируя вопрос.

— Ну да, ну да. — усмехнулся старший воин. — Будто я вырос не в таком же поселении...

В столовой мне выдали большую миску мясного, наваристого будьона, к которой прилагалась глиняная кружка целебного отвара. Разумеется, от такой пищи, первой за двое с лишним суток, я осоловел. Резко потянуло в сон, веки потяжелели, и приходилось прикладывать массу усилий, чтобы не уснуть прямо здесь, за столом.

— Так, я вижу, ты окончательно дозрел для тренировки. — раздалось совсем рядом. Это старший воин, завершив трапезу, уже ждал меня у дверного проёма. — Пошли на тренировочный полигон, там как раз мои ребята разминаются, и им не хватает противника, которого не жалко.

Я ожидал, что мы отправимся на уже известную мне площадку, но ошибся. Нам пришлось покинуть форт. Бойцам Александра требовалось больше простора, чтобы применять боевые техники и артефакты.

Прошли той же улицей, которой я попал внутрь. Дежурные пропустили нас через малую дверь, и