Ага. Понятно. Он не хочет расстраивать свою будущую жену. А я… Меня можно хоть пинать ногами. У меня же чувств нет.

Он позвонил в день свадьбы. Даже не заранее! По идее, я уже собралась и приготовилась. А он решил обломать меня в последний момент.

— Когда вы с ней познакомились? — неожиданно для самой себя спрашиваю я.

— Три месяца назад, — выпаливает Женя.

И замолкает.

Та-ак… Проговорился.

— То есть, когда мы еще были вместе?

— Яночка, это не имеет значения. Тогда ничего не было. Мы просто… Мы с Наташей…

Мы с Наташей… Я не могу это слышать! Это слишком больно!

— У меня есть приглашение, — выпаливаю я. — Подписанное вами обоими. И я приду! Не одна. Не бойся, никого расстраивать я не собираюсь. Просто поздравлю вас.

— Но Яночка… Я бы не хотел…

Он бы не хотел… А мне плевать!

Я всегда делала то, что хочет он. Не дружила с парнями, не носила короткие юбки, не красила губы красной помадой и не ходила с девчонками в караоке. Когда он захотел, чтобы я исчезла из его жизни и не мешала ему наслаждаться романом с новой девушкой, я так и сделала.

Я не беспокоила его, не звонила и не писала. Потому что он так хотел.

— А я хочу прийти! — выкрикиваю я — Понял? И приду. Я теперь делаю то, что хочу я.

Я бросаю трубку.

Тяжело дышу, как после забега на скорость. Руки трясутся. Все тело вибрирует, как будто я — высоковольтный провод под напряжением.

Так. А с кем же я пойду?

Мозг мгновенно выдает ответ: Волчара.

Он согласится. Только вот… как я потом от него отделаюсь?

Да неважно! Что-нибудь придумаю.

Я хочу, чтобы Женя увидел меня с крутым парнем. И почувствовал хотя бы сотую часть той боли, которую сейчас чувствую я…

Петя, Витя и Леша — не мужики, а мамины писи. И где только Зайка таких берет? Мгновенно слились, как только я немного на них надавил. Я даже ничего не делал! И особо не угрожал. Так, сказал пару ласковых. Объяснил, что им эта девочка не нужна.

И они со мной согласились.

И рассказали, почему вокруг Зайки такой замес из разных хорьков. Оказывается, ее бывший, ее гребаный сладкий принц, женится на другой.

Ну и хер с ним. Очевидно, что он такая же мамина пися, как эти все. Мужиком там и не пахнет. Малышка вообще не разбирается в людях! А я за нее переживаю — как бы снова не вляпалась в какое-нибудь дерьмо.

Я просто хочу, чтобы у нее все было хорошо.

А вчера я, конечно, погорячился.

Не надо было при ней штаны снимать. Она девочка нежная. Кроме стручка своего сладкого мальчика ничего в жизни не видела. Я ее напугал.

И теперь боюсь, что мой план провалился. А план был такой: я устраняю всех недомужиков, кручусь рядом, намекаю, подвожу — и она зовет меня с собой на эту гребаную свадьбу.

С удовольствием развлекусь. Вместе с Зайкой потроллим ее бывшего.

Ну а после свадьбы… там видно будет. Вообще — я просто хочу помочь. Ни на что не рассчитываю.

Просто почему-то чувствую ответственность за эту пугливую, но отчаянную малышку.

Только я собрался проявить какую-то активность — как она сама пришла.

Моя девочка!

Заявилась в клуб, пристала к парням из охраны: где тут у вас Волчара. Они поржали:

— Ты только в лицо его так не называй.

Это все мне Марат рассказал. Сразу примчался с докладом.

— Где девчонка? — спрашиваю я.

— У бара. К тебе привести?

— Я сам.

Иду к ней.

Издалека вижу тонкую фигурку в красном платье.

Сидит на барном табурете с прямой напряженной спиной, вцепившись в стакан сока, и испуганно озирается по сторонам.

Если ты такая пугливая — чего пришла? А если пришла — чего теперь трясешься?

— Привет, Зайка.

Я кладу руку на ее талию. Она напрягается еще больше. Выгибается, как кошечка, чтобы отодвинуться от моей лапы.

Вау. Какой изгиб! Я бы, наверное, мог обхватить ее одной ладонью. Но не буду. Спугну.

— Пообедаем? — спрашиваю я.

Она кивает.

Вот и умница!

Я снова веду ее на верхнюю террасу, распорядившись, чтобы нам накрыли стол.

Зайка мнется, ковыряется вилкой в салате. И не притрагивается к нашей фирменной вырезке с грибным паштетом.