Одна из милашек-служанок с удлиненными скулами и огромными глазищами, тщательно скрывая любопытство, налила мне в фарфоровую тарелку, стоимость которой превышала жалование половины экипажа «Тиры», какую-то темно-красную пряную жидкость, похожую на суп-пюре, с зеленью и кусочками мяса. Лакей, призванный угождать мне, ловко наполнил бокал «Искарией».

– Угощайтесь, Игнат, — благодушно произнес хозяин через весь стол. Благодаря акустике зала, он мог не напрягать голос, и я его хорошо слышал. — Оцените мастерство моих поваров. Не королевские профессионалы, но все же я ими доволен.

— Да, очень вкусно, — суп-пюре и в самом деле оказался неплох. В нем было в меру перца и специй, достаточных для того, чтобы разжечь аппетит и заставить кровь быстрее бежать по жилам. — Отдаю должное вашему шеф-повару.

Флаерти наклонил голову, словно принимал мои восторги в свою честь.

— Расскажите о себе, Игнат, — попросил он, отхлебнув из бокала. — В Акаписе гуляет множество слухов, связанных с вами. Еще и месяца не прошло, как старый, побитый штормами бриг «Тира» вошел в гавань, а вы успели поссориться с сеньором Котрилом, безрассудно купить развалины особняка баронов Домине на Пустоши, заручиться поддержкой одной интересной дамы, но самое главное — за вами тянется устойчивый слух о протекции со стороны лорда Торстага. Так ли это? Утолите мой интерес, пожалуйста.

И я пересказал ту историю, которая стала моей легендой для особо любопытных. Особо не переживал, что некоторые моменты могут вызвать вопросы, но в таком случае можно было сказать просто: «обращайтесь к королевскому советнику лорду Торстагу. Он много чего знает про меня и подтвердит сказанное».

— Невероятная история, — покачал головой нобиль. Он почти не ел, больше прикладываясь к бокалу с «Искарией», в отличие от меня. — Спасти наследницу рода Толессо из пиратского заточения, рискуя своей жизнью — не каждый пойдет на такой шаг. Обычно люди, оказавшись в ситуации, когда нужно действовать, впадают в необъяснимые рассуждения и колебания, и безрассудно теряют время. Вы и в самом деле прирожденный купец, Игнат Сирота. С задатками бесстрашного воина.

— Честно сказать, я жутко трусил, — доверительно признался я, дохлебав суп. Девушка с улыбкой убрала тарелку, заменив ее на чистую, куда положила огромный кусок запеченной рыбы в светло-желтом соусе. — Удачный побег зависел от множества факторов. Не заметят ли нас, каков будет ветер на выходе из пролива, не попадем ли мы в шторм. И это не учитывая того, что моя команда оставила с десяток трупов пиратов и угнала корабль. Сами понимаете, какая участь нам грозила, попади мы снова в лапы злобных «морских братьев».

— Ха-ха-ха! — почему-то развеселился Флаерти, отставляя руку с бокалом в сторону, чтобы его наполнили. — Да вы и в самом деле авантюрист! Если бы все сомнения свести в один узел — вряд ли мы разговаривали бы сегодня!

— О чем и речь, ваша милость, — я улыбнулся в ответ. — Везение, отвага и милость богов помогли нам совершить невозможное.

— Кстати, вы получили награду от старика Толессо?

Что ж вас всех так интересует, как эрл Эррандо наградил меня? Прямо наизнанку выворачивает!

— Пока еще нет, — не показывая усмешки, смотрю, как в удивлении меняется лицо нобиля. — Эта награда никуда не денется. Мне сейчас хватает денег, чтобы построить скромное жилище и начать свое дело.

— Об этом я и хотел поговорить, Игнат! — Флаерти замолчал, и каким-то образом дал знак прислуге, чтобы она покинула столовую. Через минуту мы остались одни, внимательно изучая друг друга. — Слышал, что вы желаете заняться морскими перевозками. Хочу вас отговорить от этого бесперспективного дела. Поверьте, даже если я слегка потеснюсь и дам вам чуть-чуть больше пространства для маневра, — при этих словах хозяин дома показал двумя пальцами, сколько он мне готов дать, — вы ничего не выиграете. В Акаписе всего три купеческих рода, прочно занявших все торговые ниши. Думаю, уже знаете, что это Вейлины, Мердоны и я. Против нашей флотилии у новичка с одним обветшалым бригом нет никаких шансов.

— Можно взять ссуду на покупку двух-трех кораблей, — возразил я. — Никто же не запрещает.

— Так многие и делают, не спорю. Но безрассудно брать в долг деньги, которые могут не окупиться товаром, — Флаерти вздохнул. — Морская торговля имеет свои подводные камни. Пираты, шторма, коварные течения, выносящие корабль на рифы или прибрежные скалы — все эти обстоятельства не прибавляют душевного здоровья. Вы точно уверены, что хотите такого риска?

— Есть еще и речные перевозки, — напомнил я, не отвечая на заданный вопрос.

— Там еще больше безумцев, чем на море, — фыркнул нобиль. — Нужно ли пояснять, в чем опасность таких перевозок?

— Я уже интересовался этим вопросом, — любезно ответил я. — Если на море мне будет тяжело пододвинуть такие серьезные Дома, как ваш и Вейлинов, то на реках шанс есть. Затраты не такие и высокие, разветвленная сеть рек позволяет проникать в самые отдаленные уголки Дарсии.

— В провинциях слишком сложно принимают чужаков.

— А я слышал, что король готовит какую-то административную реформу, которая в корне изменит всю систему управления.