— Давай между столиками! — велела Арабелла, оглядываясь на пыхтящего, как паровоз, смуглого преследователя.

Финч последовал приказу своего наездника и шмыгнул в проход.

В кабаре началась погоня. Подыгрывая ей, музыка приобрела лихорадочный мотивчик — даже тип с контрабасом оживился. Посетители кругом были неимоверно заинтересованы зрелищем. То, что вышибала Боргало гнался за кем-то по залу, никого не удивляло — такое здесь случалось едва ли не по пять раз на дню. Всех заботило лишь то, как сильно он отделает бедолагу.

А бедолага тем временем петлял между столиками, подбадриваемый нетрезвыми возгласами и улюлюканьем. Его кренило из стороны в сторону. Он наталкивался на стулья и на других посетителей. Кто-то толкал его — скорее шутки ради, чем злобно.

Сделав крюк, мистер Джобиус был уже недалеко от выхода — он уже видел портьеру, за которой располагались место вышибалы и дверь «Пересмешника», и ринулся туда. Спасение казалось таким близким, но в какой-то момент Финч наступил на край собственной штанины и споткнулся. Он рухнул на пол, увлекая за собой и Арабеллу.

Вышибала подскочил к барахтающемуся на полу мистеру Джобиусу и схватил его за ворот пальто. Финч и Арабелла выскользнули из него, как орехи из кожуры.

Глаза Боргало полезли на лоб.

— Что?! — прорычал он. — Гнусные коротышки?!

Громила отшвырнул пальто и вытянул громадные ручищи, пытаясь схватить детей. Но те мгновенно пришли в себя. Не сговариваясь, они бросились в разные стороны: Арабелла нырнула под один из ближайших столиков, а Финч побежал по проходу.

Несколько мгновений сбитый с толку неожиданной прытью детей Боргало недоуменно озирался по сторонам, пытаясь выбрать, за кем же последовать. Выбор пал на девочку. Боргало полагал, что ее схватить не составит никакого труда. Как же он заблуждался!

Громила зарычал и наклонился к столику, под которым пряталась Арабелла, отбросил в сторону полог темно-красной скатерти и засунул туда голову. Подлая рыжая тут же схватила его за нос и как следует дернула. Громила взвыл, из глаз его потекли слезы.

Арабелла проползла между ног Боргало и, отвесив ему напоследок пинок по торчащему мягкому месту, припустила прочь.

Смеялись все: хохотали головорезы, кого-то душащие, хохотали те, кого душили. Смеялась даже без пяти секунд жертва убийства, спрятанная среди пальто на одной из вешалок, с торчащим в спине ножом.

А бессовестное маленькое курносое создание, весьма собой гордое, под заливистый смех девушек-разносчиц сигар, все удалялось.

Что касается второго вышибалы, такого же смуглого бровастого громилы по имени Вингало, то он, как и раньше, беззаботно дрых на своем стульчике у двери, ведущей в гримуборные, откинув голову на затылок, и храпел на ползала. Происходящее в кабаре его нисколько не волновало, ведь он знал: Боргало со всем справится.

Но Боргало не справлялся. Он топал своими ножищами по проходам, рычал и багровел от унижения, а ловкие дети носились вокруг столиков, и он никак не мог их изловить. Он пытался гнаться за одним ребенком, но второй ускользал. Пытался преследовать второго, но тут же первый начинал строить ему обидные рожи.

Посетители кабаре едва не рыдали от восторга, наблюдая за происходящим. Для них все это было чем-то, вроде очередного представления.

— Да! — голосил кто-то.

— Задай им, Боргало! — вторили ему.

Кабаре «Пересмешник» можно было смело переименовывать в кабаре «Кавардак». Музыка ускорилась еще сильнее. Посетители стали делать ставки, удастся ли громиле отловить хотя бы одного ребенка.

Управляющий мистер Доди, воспользовавшись моментом, пытался продавать публике билеты, но никто не понимал, почему они должны платить за то, что уже происходит на их глазах.

Тогда мистер Доди встал перед портьерой, преградив детям путь к побегу, и скрестил руки на груди.

Сбежать из кабаре стало невозможно. Боргало между тем решил действовать умнее. Темнокожий громила погнался только за одним из беглецов, совершенно игнорируя другого. На этот раз его целью стал мальчишка — тот был не так опасен, как эта девчонка.

Финч пытался спрятаться то под столиками, то за одной из вешалок, расставленных тут и там, но различные «доброжелательные» посетители тут же указывали на него.

— Эй, Боргало! Гляди!

— Он здесь!

И в какой-то момент, просунув ручищу между пальто, громила схватил Финча. Мальчик завопил, и Боргало вытащил его наружу. Он уже собирался как следует сдавить маленького беглеца, чтобы наглые детские косточки потрескались, но Финч отдернул замочки его подтяжек, отцепив их от штанов, и коричневые штаны громилы под всеобщее восхищение рухнули на пол, обнажив полосатые кальсоны.

Машинально предпочтя подхватить штаны, громила выпустил мальчишку, и тот ринулся прочь.