Эмилия встречает меня уже на пороге, едва слышит бряцанье ключа в замочной скважине. Я скидываю чертовы туфли и с облегчением шевелю закоченевшими пальцами.

— Ты вся синяя, — охает она, — я поставлю чайник и включу воду в ванной!..

Спустя некоторое время мы сидим на кухне. Я блаженно потягиваю горячий чай и закусываю его плиткой шоколада.

— Мне не удалось с ним встретиться, поеду туда завтра. Эй, не вздумай вешать нос, ничего непоправимого не произошло, очередная кочка на дороге, мало ли их было на нашем пути?

— По твоей вине — ни разу.

— Так, если тебе так уж хочется себя в чем-то обвинить, обвини в том, что твой начальник — мудак, который пожмотился как на штатного юриста, так и на консультацию внештатного. Мы с этим справимся, слышишь? А сейчас подай-ка мне вон тот холодец — после сладкого так есть захотелось!..

Позже, когда Эмилия засыпает, я прислушиваюсь к ее мерному дыханию и лихорадочно размышляю, что нам делать, если мне не удастся воззвать к совести Бессонова. Выбор, в принципе, небольшой — либо до конца жизни отдуваться за долг Звягинцеву, либо схватить сестру и пуститься с ней в бега. Мне одинаково ровно не нравятся оба варианта, но нужно быть готовой ко всему. Затем я себя успокаиваю: я всегда находила выход из любой передряги, найду и из этой!..

Утром я первым делом беру телефон Эмилии и отправляю с ее номера короткое сообщение: «Котик, на мне сегодня новое кружевное белье. Жду не дождусь, когда ты его с меня сорвешь. Встретимся в два в Востоке».

«Восток» — то самое кафе, откуда я вчера заказывала такси. Надеюсь, Бессонов клюнет.

Через минуту сообщение бледнеет — абонент прочитал текст. Я с замиранием сердца ожидаю, что он мне ответит «Вы ошиблись номером», — но этого не происходит. Конечно, вероятность того, что он меня проигнорирует, весьма высока, но что-то мне подсказывает, что он придет, хотя бы ради того, чтобы смутить незнакомку.

Мы с Эмилией завтракаем, затем одеваемся. Сегодня я надеваю твидовый клетчатый комплект: блейзер и мини-юбку, на ноги — стандартно каблуки. Волосы собираю в низкий гладкий хвост, выделяю глаза, обвожу губы коралловой помадой — я всегда выгляжу на все сто, но сегодня я постаралась особенно тщательно. Мне нечем давить на Бессонова, остается полагаться лишь на свою эффектную — я не страдаю ложной скромностью — внешность и женскую привлекательность. Надеюсь, он не устоит. В отличие от вчерашнего охранника.

Я досадливо морщусь. Эмилия, уже давно ожидающая меня на стуле у двери, вопросительно поднимает брови. В отличие от меня, она почти не пользуется макияжом, а в одежде предпочитает удобство и комфорт. Вот и сейчас на ней широкая розовая блуза с цветочным орнаментом, простые джинсы и розовые же кеды. Даже несмотря на отсутствие в ее стиле какого бы то ни было кокетства, она часто привлекает внимание. От матери она унаследовала приятную внешность: светлые волосы, зеленые глаза, пухлые губы и очень красивую улыбку. Если бы она захотела, у ее ног уже лежал бы весь мир — но мир ее интересует мало. Эмилии достаточно нашего старого дивана, теплого пледа, чашки какао и книжки с приключениями.

— Ничего, — я мотаю головой, — просто вспомнила одного неприятного типа.

До офиса мы доезжаем на автобусе. На мои ноги смотрят — сочту за комплимент.

— Объяснительную, — бросает Звягинцев, стоит мне ступить за порог нашего кабинета.

С силой опускаю сумочку на стол. Стасенька кривит губы в едкой усмешке, жмуря от удовольствия глаза. Однажды я ему их выцарапаю.

Исключая объяснительную, в целом утро проходит как обычно. Я с головой ныряю в электронные торги и полностью отключаюсь от всего происходящего вокруг. Когда по помещению разносится запах разогретой Тамарой Ивановной пищи, я уже успела отправить заявки на участие в четырех конкурсах.

Бросаю взгляд на часы: четверть второго. Проклятье, я уже опаздываю на встречу с Бессоновым!

Хватаю сумку и выбегаю из кабинета, успев крикнуть на прощание Эмилии:

— Пообедай без меня, я в «DN Holding»!

Конечно же, мне вновь приходится брать такси. Когда мы, застряв в пробках везде, где только можно, приезжаем к нужному месту, минутная стрелка часов приближается к одиннадцати. От души молясь о том, чтобы внутри были свободные столики, я захожу в кафе.

Я переживаю зря. То ли это место не пользуется популярностью, то ли обед у работников близлежащих компании начинается позже, но половина столиков в кафе свободна. Я быстро оплачиваю стакан чая и сажусь лицом к двери.

Бессонов появляется ровно в два. Дверь открывается, и внутрь заходится высокий — фото из гугла не передает рост — мужчина с намечающейся залысиной. Дожидаюсь, когда его взгляд упадет на меня, и плавным слитным движением приподнимаюсь со стула, не забыв слегка оттянуть лацкан блейзера, чтобы обнажить кожу на ключицах. Главное завлечь его за свой столик, а уж дальше можно завершать спектакль.

Он почесывает подбородок, затем подходит ближе. Томно поглядывая на него из-под ресниц, я протягиваю для рукопожатия руку. Он с явным интересом протягивает свою — и я крепко в нее вцепляюсь.