басом запел Гречинский, нагибаясь, чтобы пройти под портьерой.

— Ба! Знакомые все лица! — воскликнул он, увидев гостей, и попытался шаркнуть ногой. Но, поскользнувшись на паркете, он вдруг рухнул на пол.

— Гол! — закричал Ваня Лаврентьев.

Эй, товарищ, больше жизни,

Шевелись, не задерживай, вставай![48] —

задорно пропела на ухо Гречинскому Нина, тщетно пытаясь поднять его с пола.

— Один–ноль в вашу пользу, — смущенно пробормотал Гречинский, поднимаясь.

Гости прибывали. После каждого звонка взгляд Костика устремлялся к двери, но Жени все не было.

«А что, если она придет, но с Сашкой?».

В самом деле, как глупо он будет выглядеть, если Женя явится с Сашей! Что скажет мама? Как на это посмотрят друзья!

Костик ослабил галстук и, сдерживая волнение, выбежал на улицу.

Если бы она пришла одна!..

Павловский прислушался к приближающимся голосам. Кажется, Женя… Она! Но с кем? С Сашкой?! Нет, с ней идет девушка. Значит, Соня. Ур-ра-а!

Он облегченно вздохнул и торопливо вернулся в гостиную.

— Внимание, товарищи, — Женя Румянцева! Именинница! — закричал он.

Хлопнув в ладоши, он с торжественностью поднял вверх руки. Гречинский перестал играть.

— Внимание! — повторил Костик и исчез в глубине квартиры.

— Да он угорел! — сказал Сторман.

— Он просто рад, — заметил Ваня.

— Р-а-ад, — протянул Сторман. — На чужой каравай рта не разевай! Чему радоваться-то?

В прихожей отчаянно стрекотал звонок. Из столовой выскочил Павловский с огромным букетом роз. Девушки ахнули. Ребята переглянулись.

— Ну-ка, Ваня, открой! — зашептал Костик Лаврентьеву. — Встретим именинницу торжественно!

Сторман скорчил за спиной Костика забавную мину, но на шутника шикнули.

Не успел Ваня выполнить просьбу Павловского, как портьера шевельнулась, и в гостиную вошли Женя и Соня.

— Горячо поздравляю дорогую именинницу! — воскликнул Костик, подавая Жене букет цветов.

Гречинский ударил туш, и все захлопали в ладоши.

В первое мгновение Женя просто растерялась и хотела пройти мимо Павловского, но вдруг поняла, что букет предназначен ей. Покраснев, она взяла цветы и, когда стихла музыка и аплодисменты, сказала:

— Что это? К чему такая пышность? Зачем все это?

Оглянувшись по сторонам, она положила букет в ближайшее кресло, как сноп, — бутонами вниз. Лицо Костика дрогнуло, а Женя повторила, обращаясь прямо к нему:

— Ну, зачем все это?

И уже тише добавила:

— Я же говорила тебе: не люблю я таких замашек!

Костик пожал плечами. Обиженно поджав губы, он поднял букет с кресла и бережно положил его на рояль.

— А ну-ка, именинница, подойди сюда! — нарушил неловкое молчание Гречинский. — Ну-ка, ну-ка!

Костик толкнул его:

— Играй, пожалуйста!

Лев опустился на стул и ударил по клавишам.

Костик оглянулся. Женя уже кружилась с Людмилой. Плавно развевался подол ее длинного темно-синего платья…

ГОВОРЯТ ДЕВУШКИ

Обмахиваясь платочком, Женя подбежала к тонконогому креслу, с сомнением посмотрела на него и села на стоящий рядом глубокий диван.

— А я сюда сяду! — показывая на кресло, бойко проговорила Нина. — Выдержит?

— Сомнительно! — пробасил Гречинский.

— А ну-ка! Ух! — Нина утонула в мягком сиденье. — Да это же настоящее гнездо!

— Когда-то в этом гнезде сидел граф или князь, а теперь вот сидишь ты, — шутливо заметила Женя. — Тебя не распирает гордость?

— Ни чуточки! Не завидую графам, если они полжизни проводили вот в таком положении. Здесь только дремать хорошо! — ответила Нина и, восторженно расширив огромные серо-голубые глаза, продолжала: — Давайте, девушки, помечтаем! Может быть, последний раз вместе!

— Нет! — выкрикнула Женя. — Не хочу мечтать! — губы ее капризно выпятились. — Сколько лет мы учились вместе, столько и мечтали! Это не нужно и глупо! Нужно не мечтать, а делать, понимаете, делать: претворять в жизнь свои замыслы, действовать!

Услышав возгласы возражения, она строго категорически повторила:

— Делать, делать — вот!

— По-твоему, все мечты нужно сразу претворять в жизнь? — негромко, но запальчиво крикнула Нина. — А если я в седьмом классе хотела на Северный полюс бежать? Претворять нужно было?

— Глупо мечтать о бегстве на Северный полюс!

— Ой ли, глупо?! А сама не мечтала?

Этот спор заинтересовал Шурочку Щукину.

— Почему же не мечтать, Женя? — спросила она, присаживаясь рядом с Румянцевой. — Хорошая мечта никогда не вредна. Я, например, люблю мечтать! В мечтах представляю свою будущую жизнь, работу… И, знаете, — оживилась Шурочка, — многие мои мечты уже сбылись, а часть сбывается. Только все получается не так, как я думала.