Я посмотрел на знакомый интерфейс, теперь уже официально, под своим, честно полученным логином, и закрыл ноутбук. Прежде всего, я хотел вживую понаблюдать за тем, с чем придется работать. Увидеть эти километры коммуникаций, спуститься в знаменитый подводный заповедник, прокатиться по пневмотрубам в специальных капсулах, да и многое другое. Спешить мне было некуда, поэтому я не раздеваясь лег на кровать и отправился в гости к Морфею.

2

Я проснулся ровно в семь утра несмотря на то, что мне, человеку, прилетевшему не просто из другого часового пояса, а с другого полушария, первое время было разрешено начинать работу после обеда. Сна не было ни в одном глазу, акклиматизация прошла на удивление легко. Я спустился в кафе, перекусил и отправился в офис.

– Привет, Джеймс.

– О, Ден, не ожидал увидеть тебя так рано.

– Да, я решил сразу погрузиться в работу, не терять времени.

– Вот это правильно, это у нас ценится. Тебе выдали ноутбук?

– Нет, Стив говорил, что все организует сегодня.

– Окей, я сам сейчас тебе все принесу, располагайся, пока комнаты не заняты.

Я выбрал себе стол у окна, приоткрыл жалюзи и удовлетворенно кивнул. Вид на океан завораживал, это вам не зеленовато-мутная речка, не заросший пруд, хотя и в них есть своя прелесть. Но океан – это больше, чем просто вода – это стихия, которую, как ни пытайся, бесполезно контролировать. Те же волноломы или использование его вод для промыслов или добычи энергии – тоже не более чем иллюзия контроля. Эта аналогия показалась мне интересной: ИИ тоже, своего рода стихия, и настолько же неисследованная. Да, можно возразить – «почему неизученная, если это творение рук человеческих?». Я отвечу – она изучена ровно настолько, чтобы ее можно было создать и взрастить, а вот пределы возможностей можно только предполагать. Так что да – ИИ тоже стихия, и я уверен, что скоро в этом убедятся все.

– Любуешься? – Вернулся Джеймс. – Да, это потрясающее место, особенно вечером, когда заходит солнце. Держи, в нем пароли не нужны, достаточно посмотреть в камеру, и он тебя узнает сам.

– Спасибо, так что мне делать, с чего начать?

– Со своего проекта. Тебе нужно проверить применение алгоритмов на тестовом сервере, посмотреть на его реакцию. Далее мы соберемся и проанализируем результаты, затем будем смотреть, какие моменты нужно поправить, снова тестировать, и так по кругу, пока не убедимся, что программу можно отдавать в реализацию. Я кивнул в ответ, и Джеймс отправился к своему рабочему месту. Что ж, начнем, сказал я сам себе и отправил запрос на тестовый сервер.

Недели пролетали незаметно, я потихоньку осваивался на новом месте, ходил на работу, общался с новыми коллегами. Они взяли надо мной некое шефство, в плане отдыха, и я был не в силах отвертеться, правда, мне самому это нравилось. Поэтому вечером, а иногда и прямо посреди рабочего дня (работа не волк), мы отправлялись то в кино, то в бар, иногда шли на пляж, потом играли в интеллектуальные игры или зависали в VR-клубе. В общем, жизнь кипела и скучать мне не давали.

Наконец наступил день, которого я давно ждал.

– Коллеги, завтра отправляемся на глубину, – с ходу объявил Джеймс, едва перешагнув порог.

– Какую глубину? – Переспросил я.

– Мы так называем нижний уровень заповедника, где расположен наш дата-центр.

К слову, может показаться, что нам вовсе не обязательно было туда ехать, но на самом деле некоторые манипуляции можно было произвести только из самого сердца, вернее мозга системы. Кроме того, я хотел посмотреть, как все обустроено изнутри, какие меры предосторожности были приняты, какие допуски требовались.

Да, доступы у нас были, пожалуй, наивысшие, все же мы были, своего рода, творцы этого «мозга», благодаря нам он продолжал не просто функционировать, но и совершенствоваться.

– Еее, это круто! – Вскрикнул Абхишек.

Наш индийский друг, по-моему, был в восторге от любого мероприятия, но здесь я был с ним абсолютно солидарен.

– Да, да, круто, в общем, как обычно, в семь утра жду вас у лифта на причале.

– Что за лифт? – Снова задал вопрос я.

– Я тебя заберу в полседьмого и покажу, – ответила вместо начальника Джулия. – Лифт – это тоже наше сленговое название скоростного пневмотоннеля.

– А, понял, договорились.

Было немного не по себе. Летать я боялся не из-за того, что самолет может упасть (я понимал, что это самый безопасный транспорт), а потому, что я не могу ни на что в нем повлиять. Это что-то вроде клаустрофобии, когда ты летишь на огромной высоте в цилиндре из дюралюминия или прочих сплавов и не сможешь взять и выйти там, где тебе заблагорассудится. Примерно то же и с пневмолифтом: капсула, несущаяся по тоннелю с бешенной скоростью. Чуть что не так – и все, не успеешь даже понять, что произошло. Впрочем, пережил полет, который, кстати, мне даже понравился, в итоге, переживу и это приключение.

На всякий случай я залез в систему и посмотрел на это чудо транспортной техники не со стороны пользователя, а как инженер, после чего немного успокоился. Сотни датчиков контролировали колебания температуры, влажности, давления и так далее, чтобы мгновенно отреагировать на любой, даже минимально потенциальный сбой. Система позволяла остановить герметичную капсулу достаточно быстро, но при этом без вреда пассажирам. Спасатели прибывали в возможное место аварии в считанные минуты – так описывалось в итогах учений и памятке по чрезвычайным ситуациям. Отлично, одной фобией меньше, думаю, это будет даже интересно. В любом случае, пока ни одной аварии здесь не было. Пока.