— Подождите, так вы — он? Дядя Саша, мне надо уйти.

— Нет, Сережа, тебе надо остаться. Я тебя прошу. Кстати, познакомься с женой твоего отца — Белла. У них есть сын, ему одиннадцать лет, прямо как Борьке. Сережа, я пригласил их сюда, чтобы они с тобой встретились. Ты не виделся с отцом восемнадцать лет, это много, очень много, но при этом твоим отцом он быть не перестал. Вам нужно поговорить, понять друг друга. Это тяжело, но необходимо. Тем более что скоро мы с ним станем дедушками.

Сережа улыбнулся.

— Дядя Саша, вы не сердитесь?

— На тебя — нет, а вот твоя невеста ремня просит. И дело вовсе не в ребенке. Я люблю детей. Всегда хотел пятерых, не получилось, но теперь внук все компенсирует. Правда, Люба?

— Саша, как всегда с ножом к стенке, извини, пятого не родила. Видно, за пятым надо было опять ехать в Питер.

Они рассмеялись.

— Володь, мы из Питера тогда уже с Мариной вернулись, такие вот дела.

— Хорошо же вы тогда отдохнули в Астории.

Саше пришлось рассказывать всю историю поездки в Питер, все смеялись. Обстановка разрядилась.

— Кстати, когда у вас свадьба? — спросил Володя.

— Мы ждали приезда мамы, завтра подадим заявление в ЗАГС, — ответила Марина. — А вы с Сережей совсем не похожи. Даже странно, я вас совсем другим себе представляла. Ну и пусть. Вы не думайте про меня плохо. Я, конечно, с родителями была ужасной, но я не совсем испорчена. И других мужчин, кроме Сережи, у меня не было. Все люди ошибаются, и я тоже. А колледж я закончу. Я не дура. И в институт поступлю. У меня пять языков свободных, могу работать переводчиком, а пока учусь, буду брать переводы на дом. Ты ведь на это намекала, мама, когда говорила, чтобы я занялась тем, что у меня лучше всего получается?

— Люба, ты как всегда все успела за минуту. — Саша с восхищением смотрел на жену.

— Сережа, я хотел бы с тобой поговорить наедине, — вдруг решился Володя, — думаю, нам стоит познакомиться поближе. Борисов, ты его на полдня не отпустишь?

— Отпущу Сережу с тобой, Любу с твоей женой по магазинам. Кстати, возьмите с собой Марину, ей надо купить что-то приличное. И не забудьте про подарок для их сына.

Мысли. Сережа

Этот человек оказался моим отцом. С виду обычный мужчина, даже интересный внешне. Зачем он мне? Его не было всю мою жизнь, зачем он мне сегодня? Ложка дегтя в бочке меда. Я так счастлив с моей Мариной, что его появление можно и не замечать. А его жена это вообще нечто. Напыщенная дура! И на нее он променял мою мать?! Нет, моя мать не подарок, хотя она красивая, с хорошей фигурой, в отличие от этой толстой и бесформенной тетки. А мой ли он отец? Мы с ним не похожи. Совсем. Мариша перед ним оправдывается, будто он всамделишный отец, а она меня недостойна. Вот глупость! Надо взять его образец ДНК и сделать анализ. Зачем его пригласил дядя Саша? Ну зачем?! Хоть бы объяснил что-то. А то вот так, не было его восемнадцать лет, а теперь он твой папа — люби и жалуй. Нет! Не люблю и не жалую! И не просите!

— Владимир Михайлович, единственное место, где можно спокойно говорить, это квартира Борисова. Даже если Ваня и Боря дома, они будут у себя и нам не помешают. Заодно можно приготовить ужин. Тетя Люба, очень устает, а Марина готовит откровенно плохо.

— Хорошо, пошли. Купить что-то нужно?

— Да нет, вроде все есть.

Они обосновались на кухне. Володя удивлялся, как ловко Сережа чистит картошку, готовит мясо.

— Так ты с семи лет жил с Любой и Сашей?

— Да, тогда у матери был любовник. Он начал ко мне приставать. Я рассказал Валерке, а он отцу, и они меня забрали. Мать была рада. Я жил с Валеркой в одной комнате, мы вместе ходили в школу, вместе делали уроки, вместе учили языки. Люба с нами занималась. Да, я знаю свободно английский, немецкий и французский. Марина еще испанский и итальянский. А мы с Валеркой не захотели. Люба с Сашей тогда были молодые, много дежурили. Когда они дежурили, с нами ночевала мама, но они закрывали дверь на ключ с той стороны, чтобы мама никого сюда не привела. Я в детстве даже называл тетю Любу мамой. Мы с Валеркой вместе поступили в институт, вместе ходили на свидания, только я всегда брал с собой Марину. Валеркины девицы смеялись надо мной. Может, вы тоже будете смеяться, но я любил ее всегда. С самого ее рождения. Я старался хорошо учиться, я не мог подвести Сашу и Любу. Когда Марише исполнился год, я спросил, могу ли я на ней жениться. Тетя Люба сказала, что могу, если выполню два условия. Первое — Марине будет восемнадцать лет, а второе — она будет согласна. Я выполнил оба условия. Дядя Саша сердится на Марину, он ей не верит, но он не прав. Она гораздо лучше, чем кажется. О ее красоте я вообще не говорю, на нее с восхищением смотрят все мужчины и даже женщины. Вот и все, все восемнадцать лет.

??????????????????????????— Ты общаешься с матерью?

— Конечно, я два последних года жил с ней. У нас хорошие, дружеские отношения. Она мне все рассказывает, иногда спрашивает совета. Она от меня ничего не скрывает. Наши отношения трудно назвать отношениями матери и сына, скорее, мы с ней просто друзья.

— Как ты относишься к ее личной жизни?

— Никак, это ее жизнь. Она мне ничего не навязывает. Я ей не судья. Она любит меня так, как может, по-другому она не умеет.

— Ты говоришь, что называл Любу мамой. Может быть, ты в Марине видишь Любу, и любишь ты именно ее.

— Да, я ее очень люблю. Тетя Люба необыкновенный человек. Она выглядит, как все, но она другая. Она все понимала с полуслова, с полувзгляда. Она всегда знала, какое у меня настроение, какую оценку я получил в школе, что я читаю. В какие игры играю. Она знала, чего мне хочется, до того, как я сам это понимал. И самое интересное, что это можно сказать про всех. Она знает членов своей семьи лучше, чем они сами себя знают. Это касается и дяди Саши, и Борьки. Я никогда не слышал, чтобы они ругались, выясняли отношения. Я никогда не видел, чтобы Люба плакала из-за дяди Саши, за исключением того раза, после чего Марина стала фестивалить.