— Ты сапоги хотел купить, — вырвал его из размышлений голос ворона.

— Точно! — вспомнил Сэм и посмотрел на разваливающиеся сапоги: а если сегодня будем работать на полигоне? Не хотелось бы опозориться!

— В этом весь ты: носишь вещи до последнего, карр,

— Сапоги важная вещь, но если ты не забыл, я ремонтировал их в Грейпхавене, два раза, — возразил Сэм.

— Ты сапожника то видел? У него у самого путных сапог не было, карр, —

— Это еще ни о чем не говорит, — возразил Сэм и отправился на улицу.

***

На выходе из таверны он столкнулся с Юри, которая при виде его широко улыбнулась и крепко обняла его.

— Я соскучилась, — произнесла она.

— Я тоже, — согласился он: ты надолго?

— Недели две или три, — она кокетливо поправила рыжие волосы из под бежевой шляпке и улыбнулась: или ты не рад?

— Рад, как же я рад, — улыбнулся он: просто Грау сказал, что в патрулировании города участвуют и легионеры.

— И ты решил, что меня припашут с кислым лицом сопровождать французскую делегацию? — предположила она.

— Ага, — согласился он.

— Юрико Цумонаде вправе сама выбирать для себя контракты, или отказаться от них, — девушка горделиво подняла подбородок вверх и сделала вид, что смотрит на Сэма сверху вниз, а потом не выдержала и рассмеялась: просто кто там во французской делегации важен для меня? А магистром мне не стать, поэтому я решила отправиться в экспедицию с тобой.

Сэм замер, рассматривая улыбающуюся девушку, а потом крепко обнял её и поцеловал.

— Я люблю тебя, — произнес он, когда поцелуй закончился.

Юри внимательно посмотрела на него, а потом вдруг улыбнулась и проговорила:

— Вот теперь я вижу, что ты серьезен.

— Эй, я и тогда был серьезен, — сделал вид, что возмутился Сэм.

— В пятнадцать лет? Большинство парней в это время влюбляются в каждую девушку, которую видят, — сказала она, а потом перестала улыбаться и серьезно проговорила: меня удерживает здесь только любовь к тебе. Иначе я давно бы отправилась домой.

— Я рад, — улыбнулся Сэм: может сходим куда-нибудь вечером?

— Неплохая идея. Знаю одну таверну — тебе понравится, — ответила Юри.

— Молодожены, может уже пойдем, карр? — спросил появившийся ворон.

— А ты куда-то собирался? — спросила Юри.

— На рынок: купить сапоги, а потом в Академию, — ответил Сэм.

— Знаю я ваши рынки. Купим тебе нормальную обувь у хорошего сапожника, — сказала Юри и вышла наружу: а потом сходим в Академию, если ты не против.

— Я согласен: будет не так скучно, — пожал плечами Сэм.

— Отлично, — улыбнулась она: пошли искать кэб.

Кэб они нашли в переулке, что соединял улицу Устрицы с Бейкер стрит. Кэбмен как раз заканчивал импровизированный обед, когда Сэм с Юри вышли на него.

— Чего надобно? — пробормотал кэбмен, важно складывая тряпицу, с помощью которой только что вытряхивал крошки из густой окладистой бороды.

— Нам нужно попасть в «Лучший сапог», — ответила Юри, сделав вид, что не заметила замасленный взгляд, которым он разглядывал её грудь.

— Усаживайтесь, — кивнул он на кабинку кэба и девушка поспешила внутрь, а Сэм строго посмотрел на кэбмена, на что тот лишь криво улыбнулся, обнажив желтоватые зубы.

Сэм пожал плечами, улыбнулся самой злобной улыбкой и полез внутрь кабинки.

Вопреки его ожиданиям внутри царил уют: мягкие подушки на сиденьях с чистыми наволочками, домашние в горошек занавески и задрапированные щелком стены — это немного не вязалось с грубо отесанными досками снаружи, но Сэм решил не обращать на это внимания.

— Ты какой-то хмурый спускался из своей комнаты? — произнесла Юри, поправив шляпку.

— Через неделю экспедиция, отчасти из-за меня, а французская делегация забирает все внимание стражи, и наемников хороших не нанять, а еще…, — и Сэм рассказал девушке про Дартон. Слишком тревожил его этот город и навис над ним, словно дамоклов меч.

— Оу, — произнесла Юри, когда Сэм закончил рассказ: таких как я у меня на родине не любят. Якобы мы обманом заставляем влюбиться мужчин в нас. Кто виноват в том, что мы такие красивые? Но каждая из нашего племени отдается своему мужчине без остатка, в отличие от других женщин. А еще наши возможности пугают людей. Но вот я вдалеке от родины, а моя магия лишь инструмент с помощью которого я помогаю людям. Только нам, Сэм, решать, как мы распорядимся силами, которыми нас наделили Боги.

— Думаешь, я смогу обернуть все это на пользу людей? — спросил Сэм.