— Ну, жулики-бандиты, — единственный оставшийся в живых атсан взял пленников на мушку своего запрещенного оружия, — вас развязать, или так домой пойдете?

— Ты от Ма-Мин? — Догадался Боцман и, осклабившись, сделал шаг к спасителю.

— Какой Ма-Мин? — Оборвал его Капитан, — Слышал, сказано: «домой», значит он от шефа.

— Стоять! — Рявкнул атсан. Боцман послушно отступил.

— Лучше, конечно, развязать, братан. — Капитан натужно улыбнулся.

Атсан покачал головой, точнее, за отсутствием шеи, всем телом:

— Терпение, рыцари, терпение. Для начала мне надо представиться. Итак, я… Точнее, это тело — не я. Я сижу в «Мерлине» и им управляю. Это ясно?

Бандиты синхронно кивнули.

— Теперь обо мне. — Продолжала оболочка атсана. — Меня вы все хорошо знаете и должны были замочить…

— Фленджер? — Глаза Боцмана стали в четыре раза больше, чем обычно.

— Ага, Фленджер я. И мочить меня не надо, я теперь у Нуфнира работаю. Сетевым инженером. Дошло?

Бандиты оторопело молчали, Боцман шумно глотал слюну.

Атсан повел вверх-вниз дулом выкидухи:

— Как дойдет, дайте знать. Я вас тогда развязываю и провожаю до дырки на Землю.

— Я не понимаю… — начал было Боцман, но Капитан резко толкнул его локтем в бок:

— Нам все ясно.

— Вот и славно.

Атсан опустил выкидуху и, щелкнув корявыми пальцами, распустил корешки, стягивавшие запястья бандитов.

— Теперь вперед, — он показал в сторону одного из тоннелей. Боцман и Капитан, все еще не веря в чудесное избавление, шли молча. Атсан подавал команды «направо», «налево» и, как заметил Капитан, держал выкидуху наготове.

— Кстати, не вздумайте от меня сбежать, — предупредил атсан, когда бандиты слишком резво припустили вперед, — шеф вас живыми видеть хочет, зато я — не очень. Так что, шмальну без предупреждения.

Вскоре астан приказал остановиться.

— Вам туда, — показал он в сторону бокового ответвления, в котором темнота была настолько густой, что даже глаза бандитов, прекрасно видевшие во мраке, ничего там не различали.

— А ты? — спросил Капитан.

— Я и так там, — хихикнул Фленждер.

— Оружие хоть отдай, — попросил Боцман.

— Обойдетесь, — атсан отступил. — Хотя… — он размахнулся и швырнул выкидуху в темноту тоннеля. Бандиты, не раздумывая, бросились вперед.

Переход из мира в мир прошел совершенно незаметно. Вот Боцман с Капитаном бежали по неровным камням, а вот они уже сшибли кого-то и повалились на пол в густом жарком тумане. Этот «кто-то» истошно, по-бабьи, завизжал, и Боцман обнаружил, что под ним действительно барахтается, пытаясь подняться на ноги, потная голая баба, красивая и толстая.

— Каков пассаж! — Раздался спереди удивленный мужской голос, — Клав, с кем это ты?

Клава, не отвечая, попыталась влепить Боцману пощечину. Но реакция дипломированного рыцаря сработала автоматически, Клава оказалась распластана на деревянном полу, словно здоровенная розовая лягушка.

— Насилуют! — заревела она и принялась выкручиваться из стальных объятий. На этот вопль из тумана появилась целая толпа обнаженных амазонок, вооруженных, за неимением лучшего, мокрыми полотенцами и мочалками. Среди амазонок толкались два мужика — один толстый и бородатый, чем-то похожий на Боцмана, только не такой накачанный, а другой низенький, кривоногий, с пышными усами.

— Кац, ты что-нибудь понимаешь? — Спросил низенький.

— Нахалы! — Орали амазонки.

— Нет, Фима, я теряюсь, — спокойно ответил толстый.

— Козлы вонючие! — Продолжали наседать на бандитов амазонки.

— Это кто козлы? — Боцман сразу вскочил и, разъезжаясь ногами на мокром полу, двинулся к толстому Кацу. Кац улыбнулся:

— Я этого не говорил.

— Значит, ты? — Боцман ухватил за горло кривоногого Фиму.

Амазонки продолжали колотить бандитов мочалками. Капитан снял руку приятеля с горла Фимы. Фима прокашлялся и отошел в сторону:

— Заблудились, господа? Предбанник там, — он показал в самую гущу тумана, — и пиво. Пиво, правда, «Жигулевское»…

Неожиданно в парилке стало еще теснее — на визг амазонок прибежали местные секьюрити. Два амбала в пятнистых комбинезонах наставили на бандитов свои «калаши» и пробурчали хором:

— Подымай лапы!

В этот момент пар окончательно рассеялся и Капитан увидел, наконец, валявшуюся у дощатой стены выкидуху. Выкидуха больше не была выкидухой — она приняла прежний облик пистолета Макарова. Охранник перехватил взгляд Капитана и угрожающе потряс автоматом: