– Магистр Таэдо поведал, что вам, сеньорита, очень нравятся истории моего пера, – оттеснив хмыря, Лэтис сам взял меня под руку. – У вас, должно быть, есть вопросы о новой книге? Во время моего представления вы молчали и даже не смотрели на меня.

Последние слова прозвучали упрёком. Кажется, бард не любил не находиться в центре внимания, и если кто-то отводил от него взор, предпочитал разобраться с этим лично. Хмыкнув про себя, придержала рукой попытавшийся свалиться камзол Кирино и виновато улыбнулась Лэтису. Пускай он был до безумия красив, а от одного его прикосновения у меня почему-то перехватывало дыхание, попадать под эти чары я не собиралась, хотя сопротивляться им было не то чтобы легко.

Причин подобного интереса к себе не понимала. По совету Кирино, я не доверяла вообще никому на всех этих балах, вечерах и прочих развлечениях высшего круга. Из-за этого ни подруг-сверстниц так до сих пор не нашла, ни поклонников-кавалеров близко не подпускала, стараясь держать дистанцию и в случае чего отнекиваться, мол, обучение в самом разгаре, магистр Ярай, уезжая, столько всего оставил, до его возвращения надо всё-всё изучить и сделать.

– Мне особенно интересно одно: образ демона Гэцара вы ведь писали с Квиля?

Лэтис в очередной раз рассмеялся.

– А вы и правда дочь своего отца, – подмигнул он и пояснил: – Грассэ первым же делом спросил ровно то же самое. Но, вынужден вас расстроить, прототипом этого персонажа послужил другой ньэннец. А вот верный скакун нашего доблестного героя!.. – начал было бард, но заметив, что Квиля куда больше разговора интересовала веточка мяты поверх взбитых сливок на пирожном, состроил расстроенную мину. – И этот образ тоже списан с другого ньэннца. Позвольте, я поведаю вам больше…

Подробный рассказ растянулся на добрую половину вечера, и к его окончанию у меня ощутимо ныли ноги – сад Цио мы исследовали вдоль и поперёк. Квиль, как только разобрался со всей едой, что была захвачена им в плен, присоединился к беседе, вмешиваясь там, где Лэтис начинал совсем уж откровенно привирать. Но и без ньэннца я вряд ли поверила бы в упрямые настаивания барда на своём родстве с древними драконами, которые населяли Ньэнн задолго до пришествия Семерых.

Кирино изображал из себя безмолвную тень, и о том, зачем же он свёл меня с Лэтисом, оставалось лишь догадываться.

– Ты знаешь любимый десерт Кирино? – играясь с монеткой, я пустила её катиться на ребре по столу и подняла вопрошающий взгляд на мэтра.

– Хочешь задобрить демона?

Мрачный смешок Таши мне совсем не понравился. Как не нравилось и то, что с самого утра он упорно избегал смотреть мне в глаза. И то ли дело было в том, что я без спроса стащила чёрный шёлковый халат, который слишком уж понравился, то ли в чём-то другом, что я пока не совсем понимала.

Стоило после вечера у Цио поделиться новостями о самочувствии, Весташи запретил всякие тренировки и отпускал куда-либо только в обществе себя или Лара. Изнывая от скуки – оказывается, за прошедший год привыкла всё время где-то быть и что-то делать, – я успела не только по сотому кругу обдумать то, как вёл себя хмырь перед бардом и зачем ему это нужно, но и не без помощи Лара приготовить с десяток различных десертов на любой вкус и угостить всех в Шёпоте. Рэйесу нравилось песочное печенье с малиновым джемом, Ио – лимонный пирог со сливками, Ула приходила в восторг от лакрицы, Чайка готов был продать душу за тирамису, как и Брик… а Таши оказался тем ещё сладкоежкой и с радостью соглашался на всё, нагло подлезая под руку в процессе готовки.

Сегодня наступил день моего становления тенью. Тело бросало из холода в жар, нестерпимо мутило, раскалывалась голова, и занимать любое положение, кроме как скрючившись у низкого столика на чердаке Таши, было невозможно. Мэтр мрачнел с каждой лучиной и, наконец, озвучил мысль, которую давно вынашивал:

– Ещё не поздно повернуть назад.

Удивлённо вскинула брови. То есть я день за днём принимала порции яда, терпела неприятные ощущения, мысленно готовилась к самому худшему… а теперь надо почему-то поворачивать назад? А как же проклятие? Сила, которую я получу?

– У Ярая оставался же какой-то запас кристаллов? Этого хватит, мы найдём или сделаем ещё, вытрясем из твоего отца, если потребуется…

– А яд? – не придумав ничего другого, спросила я.

– Кир за пару мгновений тебя вернёт в нормальное состояние.

– Спасибо, не надо.

Казалось, мэтр не подумал, что я уже давно взвесила всё и приняла решение. У меня был целый год, чтобы понять, необходимо ли становиться тенью, есть ли в этом хоть какой-то смысл. И я была искренне благодарная Яраю за предоставленную возможность обдумать это без нервов и паники – только с помощью осколков серебристых зеркал удавалось унять метку проклятия, не давая ей поглотить мою душу. Но полагаться на них и дальше опасно. Если мне суждено забирать чужие жизни, чтобы продолжать жить самой, уж лучше это будет по чьему-то приказу или для дела… по крайней мере, эти мысли успокаивали меня. Как будет на самом деле, я знать не могла.

– Ладно, твоя взяла, – Таши шумно выдохнул и поднял руки. – Но… будет больно. Я могу перенести эту боль на себя. Тебе не обязательно проходить через ритуал самостоятельно.

Чтобы стать тенью, многого не требовалось: всего лишь умереть. И всего лишь воскреснуть после. Эту деталь посвящения я узнала от Ио, потому что мэтр не посчитал нужным говорить. Видимо, чтобы не пугать.

Тогда зачем он пытается переубедить сейчас?..

– Нет, – серьёзно посмотрев на мэтра, произнесла я. – Так что могло бы понравиться Кирино?