«Оно придёт», — мрачно сказала она себе. — «Оно придёт… когда ты оглянешься вокруг и никогда больше не увидишь всех этих лиц».

Она вознесла отчаянную мольбу, чтобы хотя бы один из её гвардейцев, кроме Сихемпера, всё ещё был жив, и чувство вины сжало её горло, когда она поняла, как невыразимо благодарна, что если кто-то и мог выжить, то это был бы сержант. Но…

— Ваше Величество, — послышался низкий голос сквозь шум грозы, и Шарлиен, резко убрав руки с лица, вскинула голову, узнав его.

— Лангхорн! — прошипел Сихемпер, так как он тоже узнал этот невозможный голос. Гвардеец рефлекторно встал между Императрицей и окном, и его окровавленный штык снова поднялся, в защищающем движении.

— Ваше Величество, — повторил голос. — Я понимаю, что всё это будет… немного трудно объяснить, — продолжил голос, и, несмотря на весь ужас, охвативший её в эту ужасную ночь, Шарлиен расслышала в этих словах нотку сухого юмора, — но теперь вы в безопасности. Я сожалею, — голос снова помрачнел, — что не смог добраться раньше.

— К… Капитан Атравес? — Даже сейчас Шарлиен почувствовала укол раздражения от дрожи, которую она не могла полностью скрыть в своём голосе. — «Не будь такой дурой!» — резко сказала ей какая-то часть её мозга. — «В такую ночь даже один из архангелов, вероятно, был бы потрясён!»

— Да, Ваше Величество, — ответил Мерлин и подошёл достаточно близко к окну, чтобы они оба могли его видеть. Острие штыка Сихемпера поднялось немного выше, и он, казалось, ещё твёрже встал на своём месте, но Шарлиен наклонилась, глядя из-за него, и Мерлин рассмотрел выражение её лица своим усиленным зрением.

«Выглядит она ужасно», — подумал он. Её волосы выбились из замысловатой причёски и свисали беспорядочными прядями. Лицо было измазано кровью и пороховой гарью, а глаза потемнели от осознания того, сколько мужчин — мужчин, которых она знала и о которых волновалась — погибло, защищая её. Но даже после всего этого, знакомый острый ум всё ещё жил в этих глазах. Несмотря на шок, горе, потерю, а теперь ещё и то, что она была вынуждена столкнуться с абсолютной невозможностью его собственного присутствия, она до сих пор думала, всё ещё атаковала стоящую перед ней проблему, а не отступала в ошеломлённом замешательстве или отрицании.

«Боже мой», — подумал он. — «Боже мой, как же Кайлебу повезло с вами, леди!»

— Как… — Шарлиен замолкла и откашлялась. — Как ты можешь быть здесь, Мерлин? — Она покачала головой. — Даже сейджин не может быть в двух местах одновременно!

— Нет, Ваше Величество. Не может. — Мерлин слегка поклонился, все ещё держась достаточно далеко, чтобы не вызвать защитной реакции со стороны Сихемпера, и глубоко вздохнул. — Два часа назад я был в Корисанде, в своей палатке, — сказал он затем.

— Два часа назад? — Шарлиен уставилась на него, потом покачала головой. — Нет, это невозможно, — решительно заявила она.

— Да нет, — сказал он с сочувствием в голосе. — Это вполне возможно, Ваше Величество. Это просто требует определённых вещей, о которых вы… пока не знаете.

— Пока? — Она набросилась на это наречие, как кото-ящерица на пауко-крысу, и он кивнул.

— Ваше Величество, Кайлеб не знает, что я здесь. У меня не было достаточно времени, чтобы рассказать ему и успеть добраться сюда достаточно быстро, чтобы сделать что-то хорошее. Я и так едва успел. Проблема в том, что есть секреты, которыми даже Кайлеб не может поделиться — даже с вами, как бы сильно он этого ни хотел с тех пор, как вы прибыли в Теллесберг. Как я попал сюда, как узнал, что вы в опасности — это часть этих секретов. Но, несмотря на все причины, из-за которых он не смог вам рассказать это, я должен был сам решить, стоит ли рисковать, позволяя вам узнать о них или остаться в стороне и ничего не делать, пока вас убивают. Я не смог этого сделать. Так что теперь у меня нет другого выбора, кроме как сказать вам хотя бы часть правды.

— Ваше Величество… — резко начал Сихемпер.

— Подожди, Эдвирд. — Она мягко коснулась его закованного в броню плеча. — Подожди, — повторила она, и её глаза, казалось, впились в Мерлина.

— Ни один смертный не смог бы сделать то, что сделали вы, сейджин Мерлин, — сказала она после короткой паузы. — Тот факт, что вы явились таким… сверхъестественным образом, чтобы спасти мою жизнь — и жизнь Эдвирда — заставляет меня чувствовать только благодарность за сверхъестественное, — она намеренно повторила это слово, — вмешательство Бога. Но есть и другие возможные объяснения.

— Да, Ваше Величество, они есть. И именно поэтому тайны, о которых я говорил, так тщательно охраняются. Враги Черис — ваши враги — немедленно объявят, что мои способности имеют демоническую природу, и используют это обвинение, чтобы атаковать всё, что вы с Кайлебом надеетесь достичь.

— Но вы же собираетесь сказать мне, что они ошибаются, не так ли?

— Так и есть. С другой стороны, я так же, как и вы, знаю, что даже если бы я был демоном, я бы сказал вам, что это не так. У меня был такой же разговор с Кайлебом, ещё до битвы в Заливе Даркос, но к тому времени он знал меня уже больше года. А вы — нет. Я знаю, что это сделает любое объяснение, которое я могу дать вам, ещё более трудным чтобы поверить и принять его, но я прошу вас, по крайней мере, попытаться.