— Нет, мне необходимо золото, желательно, в прямоугольных слитках.

— Столько золота мы в жизни не сможем сосчитать. А зачем?

— Ну, в моём родном мире, оно дороже, чем серебро.

– В каком таком, твоём родном мире?

— Пока что это секрет. Но надеюсь, мы вскоре сможем туда попасть.

— Странный мир, как золото, вообще, может быть равно по цене серебру?

Мы снова начали разговоры ни о чём, а когда стало совсем поздно, мы всё же разошлись по своим комнатам. Но спокойно поспать мне не удалось. Примерно в полночь я буквально почувствовал, что кто-то пытается влезть ко мне в окно.

Медленно выскользнув из кровати на пол, я перешёл в предел, а когда приблизился к окну, то увидел, что это Снежинка уже открыла одну ставню и собиралась открыть вторую. Я вышел из предела и стал рядом с окном. Когда время побежало привычным темпом, то тёмная медленно, без единого звука открыла окно полностью, перебралась в комнату и начала раздеваться. Затем она подошла к кровати и только тогда поняла, что меня там нет. Обернувшись, она увидела улыбающегося меня.

— Быстро в кровать! — спорить я не стал, как и спать ближайший час.

Час гордо звучит, но, само собой, половину этого времени мы просто болтали, будучи всем довольны. Потом она снова оделась и ушла тем же путём.

Утром зашёл Кавадан и пригласил на завтрак.

Мы прошли в один из обеденных залов, это был личный зал моего тестя.

Войдя внутрь, я увидел большой стол, за которым сидела принцесса, будущий тесть, Тор и ещё одна очень красивая тёмная эльфийка, похожая на Снежинку, но явно немного старше.

— Мама? — спросил я, уставившись на ещё незнакомую мне персону.

— А я думала, вы пошутили, — как-то обречённо вздохнула та.

— Значит, я прав, приятно познакомиться.

— А как ваше полное имя и титул, молодой человек? — уточнила будущая тёща. Хотя её грех звать тёщей, за такой ещё можно было и приударить.

— Жигуль — это моё прозвище, — в этот момент Снежинка и Тор удивлённо посмотрели на меня. — Моё имя Виталий Владимирович Иванов. Я правитель одной страны в мире людей, ну и сильнейший маг из всех, кого вы видели, хотя последнее и так очевидно.

— Ты забыл сказать, что ты самый скромный маг из всех, кого мы видели, — ответила тёща.

— Так зачем это вслух говорить, очевидно же! )))

Смеха не смог сдержать никто.

— Рада знакомству, а я мать этой мигрени Зонионары, моё имя Валондерея Ная, моего мужа и правителя этого мира ты уже знаешь.

— Знаю, но он до сих пор не представился, только пытался меня убить, — начал кривляться я, садясь на противоположном конце стола супротив тестя.

— Джетериус Ная, но я буду удивлён, если ты меня будешь так называть. Доченька успела много рассказать о тебе этим утром. И прошу заметить, я хоть и был на пределе, но полностью контролировал ситуацию и при желании мог действительно убить!

После последней фразы наша троица весьма бестактно хмыкнула, подавливая смешки.

— Вы смеете сомневаться? — снова начал распаляться тесть.

Я перешёл в предел, подошёл к Джетериусу, снял с пояса свой кинжал и нацарапал прямо перед ним на столе: "НЕТ, ПАПОЧКА, НИКТО В ТЕБЕ НЕ СОМНЕВАЕТСЯ!!!" — а затем воткнул его в стол, сел на своё место и вышел из предела.

— Джек, успокойся, никто в тебе не сомневается, — с преимуществом в голосе произнёс я.

Правитель этого мира опустил глаза, прочёл надпись, снова поднял глаза на меня и задал всего один вопрос:

— Как?

— Ну, мы же провели столько времени среди перерождённых и выжили. А у них две особенности: они питаются любой маной, кроме чёрной, и могут замедлять ход времени. Я же, как вы могли убедиться, очень умный и внимательный парень, чтобы выжить там, мне пришлось учиться у перерождённых, и кое-чего я достиг.

— То есть, ты мог в любой момент меня убить, а я считал, что всё контролирую? — он явно не знал, паниковать или злиться.

— Не в любой, когда я вычерпал весь свой источник, то уже на самом деле ничего, кроме кулаков приделать не мог. А вот до того, да, мог вырезать весь дворец. Причём для тебя прошло бы не больше пары секунд. Но не мог же я, на самом деле, испортить знакомство с будущим тестем и убить его при первой встрече. Ты Джек, кстати, молодец, достойно держался.

— Лучше папа, — недовольно проворчал он.

— Меня вот что интересует, в какой момент ты решил меня не убивать и, вообще, отдать за свою дочь?

— Как только она перестала реветь.

— В смысле? — я даже столовые приборы положил и вытаращился.

— Ну, давай по порядку. Во-первых, ты вёл себя практически как равный мне, зная, кто я, на минуточку, практически все правители миров светлых дрожат от моего имени. Во-вторых, по тебе было видно, что, что бы ни случилось далее, у тебя есть решение на этот случай. В-третьих, я видел, как на тебя смотрела Зонионара. Я знаю свою дочь, как никто другой, и за пятьдесят лет выучил каждый её взгляд. Она смотрела на тебя с любовью, трепетом и страхом. Она даже на меня так никогда не смотрит. Меня смутил её взгляд, когда мы собрались сражаться, я увидел обеспокоенность не за тебя, а за меня. Быть такого не могло, но как мы только что выяснили, я не ошибся, могло случиться и так. Ты необычный человек, Жигуль Виталий Владимирович Иванов.