Что же делать? Нельзя же тут вечно висеть, держась за рукоять молота. Хотя надо признать, что ощущение девичьей талии, которую я обхватил второй рукой, доставляли только самые благостные и приятные ощущения. Вот так бы и висел тут целую вечность, вдыхая аромат её волос и ощущая бархатистую нежность кожи под своими пальцами.

Кстати, я только сейчас спохватился, осознав, что все это время выглядел в не самом презентабельном свете: весь залитый с ног до головы чужой кровью, давно не мытый, в грязных шортах, в чужих доспехах, вонючий и с заросшей, слипшейся от грязи и пота шевелюрой. Красавчик, одним словом, в бомжатник засунь и там сойду за своего.

– Ты, это, Спасительница, не обращай внимания на мой внешний вид, как доберусь до воды, обязательно отмоюсь и отстираюсь. Так, обычно я за собой слежу, – попытался я оправдаться за свой внешний вид перед девушкой.

– Не переживайте Виктор, я все понимаю, – мило улыбнулась девушка.

– Давай на «ты», – тут же перебил я девушку, – а то ты все на «вы», да на «вы». Я понимаю, что я – Валет и всё такое, но такой красавице как ты, да и к тому же моей спасительнице, приказываю обращаться ко мне на «ты». И говори со мной попроще, так будет лучше.

– Хорошо, Виктор, как кажешь. Во-первых, я видела тебя много раз до этого, и прекрасно знаю, как ты выглядишь в других условиях, а во-вторых, тебе совершенно не стоит беспокоиться о своей внешности. Ты – Валет, а значит, тебе многое можно простить, то чего другим прощать нельзя. Ну и, в-третьих…

Договорить девушка не успела, из недр провала раздался низкий рычащий звук и из трещины начало подниматься что-то большое и страшное. Земная твердь при этом принялась медленно опускаться вниз, постепенно принимая горизонтальное положение.

Из провала показались две огромные четырехпалые руки, которые ухватились за край расщелины и подтянули остальное тело – огромный, каменный голем выбрался на арену.

Я такого большого истукана еще ни разу не видел. До этого самым большим каменный великаном, которого я встречал в парке или замке Пертурбо был исполин ростом в два с половиной метра. А эта громадина была около шести метров в высоту.

Здоровенный каменный истукан, не привычной раскраски – чернющий, как будто вываленный в саже. Обычно, создавая големов, слуги Лирен старались придать им как можно больше сходств с людьми, чтобы глиняные истуканы были как можно человечней. Облачали их в одежду, обувь, цепляли на головы парики и так далее.

А этот великан был как ожившая каменная статуя, без всякого намека на человечность. На морде застыла маска безумного безразличия, двигались только руки и ноги. Торс и голова застыла в неподвижности. Глаза открыты, но зрачки не двигаются, тяжелая нижняя челюсть, занимавшая добрую половину морды, сплюснутый, как у борца нос. Голова сидит на короткой шее, огромные плечи делают фигуру голема, практически квадратной. Руки длинные, свисают почти до самой земли, а вот ноги коротковаты, как две тумбы – толстые и массивные.

– И всё?! – презрительно сплюнул я на песок арены. – Лирен, единственный голем – это все, что ты можешь нам противопоставить? – громко выкрикнул я, обращаясь к парящей в небе Жар-птице.

Выдернул молот из земли, напитал его Силой и широко размахнувшись, метнул оружие в голема. Молниеносный росчерк и полэкс со всего маху бьет голема в грудь.

Дзынь!!!

Верный боевой молот, которым я уничтожил два десятка големов, от удара о грудь черного великана разлетается на части: сломанная рукоять в одну сторону, тяжелая кувалда в другую, лезвие в третью.

Что за дела? Ничего себе!

– А, ну, шмальни по нему из своей Вдовы! – приказал я девушке.

– Это бесполезно Виктор, перед нами Колосс – он неуязвим для магии и обычного оружия, потому что был сделан из камней, взятых в проклятом всеми богами храме Неолурк. Его не возьмет даже моя Ведьма. Против этого великана поможет только старший из мечей Агрика – кладенец, остальным с ним не совладать.

С этими словами девушка вскинула свою шпагу, клинок засветился призрачным голубым свечением, с острия сорвался луч, который ударил голему в голову, но тот даже не пошатнулся.

Похоже супер-оружие, на которое я так надеялся, тут бесполезно. В небе раздался торжествующий и насмешливый выкрик Лирен:

– Теперь вы пожалеете, что восстали против меня. Глупые недоноски, вы сейчас умрете! Страж арены вас растопчет и уничтожит.

– Виктор я отвлеку Стража на себя, а ты уходи к завалу, возможно, там есть проход внутрь, – сообщила мне Спасительница, вскидывая свою шпагу.

– Нет, – повелительным, не терпящим споров тоном, ответил я. – Мы уйдем с этой арены вдвоем или оба тут поляжем. Десант своих не бросает!