Развитие способностей и приобретение новых добавило мне РБМ, доведя его общее значение до 167-и единиц.

Интересно, с какого числа идёт следующий ранг? И кто это? Те самые Квазары, что слишком круты, чтобы срать в одном поле с Нулёвками? Однако вынуждены согласовывать союз ради форпоста… — со смешком заканчиваю я мысль.

Даю девушке поспать, пока солнце не начинает вежливо стучаться к нам в окно. Безжалостно отдёргиваю не очень чистые шторы. Полицейская ворочается и закрывает голову подушкой.

— Тиран! — шипит она. — Белый деспот!

— Мне нравится, — киваю я. — В следующий раз так и называй меня. А то всё “О Боже! О Боже!”. Пф, прошлый век. А вот “белый деспот”? Модно, стильно, молодёжно.

— С хера ли ты такой жизнерадостный? — недовольно стонет она.

— Ну как же? Мы едем на твою малую историческую родину. Собирайся-ка.

— В смысле? — трёт глаза Накомис.

— Всегда хотел познакомиться с настоящим вождём апачей, — ухмыляюсь я.

[1] Художник — Vincent Ying.

— Каких апачей?! — раздражённо шипит девушка и запускает в меня со всей силы подушкой. — Это земли Оглала-лакота!

— Лет триста назад, возможно. Сейчас это земли всякой клыкасто-когтистой погани, моя храбрая П…

— Если ты скажешь: “Покахонтас”, я загоню стрелу тебе в зад. Бронебойную, — мрачно предупреждает она меня.

— Вижу, ты не ранняя пташка, — со смешком замечаю я.

— Кто-то умотал меня вчера по полной, — ворчит она и садится на кровати, полностью обнажённая, но без малейшего стеснения.

— Надо Выносливость прокачивать, — широко улыбаюсь при виде её сонной мордашки. — Тем более “кто-то” стал местным олигархом по части арканы. Сколько ты унесла в своих умелых ладошках? Сто тысяч? Сто пятьдесят?

Вот теперь Накомис еле заметно смущается. Смуглые щёки чуть краснеют.

— Сто семьдесят пять, — наконец, выдаёт она. — И я помню, кто дал мне тот пулемёт.

— Шлёпни меня по заднице и назови Салли! — удивлённо выдыхаю я фразочку покойного байкера Эдди-Секача.

— Ну если ты, настаиваешь, — лукаво улыбается она и походя пытается достать мою пятую точку.

— Слишком медленно! Повышай Ловкость.

Нако недовольно надувает губки и наклоняется, чтобы найти свои штаны. Мне остаётся только любоваться формой идеальных упругих ягодиц цвета корицы.

Одевшись, она оборачивается и спрашивает:

— Ты уверен, что оставлять всех этих бедолаг без пригляду, именно сейчас, такая уж хорошая идея? У них весь мир перевернулся за одну ночь.

— Это правда, но мы им не няньки. Безопасность города обеспечат ребята Ваалиса, а выжившим надо быстрее входить в курс дела. Потому что Самеди ждать не станет.

— Так, может, нам вначале решить вопрос с ним?

— Какими силами? Нас двое. Из местных вояки, как из говна пуля. Ребята Кёртиса хоть слегка и освоились, но они далеко и не факт, что захотят переселяться к нам. Хотя этот вопрос надо будет задать.

— А эти твои пришельцы?

— Они мои в той же степени, что и твои. Нет, Пульсары чётко сказали, что воевать с Землянами за пределами форпоста не будут. Защищать — защитят. Атаковать — это без них.

— А ты вообще уверен, что им можно доверять? — её бровь изгибается. — Уедем, а они тут всех на барбекю пустят.

— Пока наши интересы совпадают — да. А там посмотрим.

— Ладно, но горожан всё равно надо хотя бы направить в верное русло, чтобы делали что-то полезное, пока нас нет. Иначе они так и останутся балластом. Нам нужен администратор.

— Есть кто на примете? — уточняю я.

— Понимаешь, Уайтклэй — это не настоящий город. Здесь даже нет мэра — слишком малое население, в отличие от того же Рашвилла. Нет и городского совета. Этот сраный фурункул каким-то образом дожил до наших дней, брошенный и забытый всеми на свете.

Всё, что она рассказывает, новость для меня. С ранчо я в основном выбирался в Рашвилл. Изредка, один-два раза в месяц. Выпивка лучше, девчонки краше, да и город не выглядит такой помойной дырой.

В удивлении от её такого эмоционального выпада я щурюсь.

— Что тебе сделал Уайтклэй?

Накомис лишь дёргает плечом и продолжает:

— Поэтому здесь нет общепринятого центра власти и его представителя. За такого мог бы сойти местный шериф, но ты слышал Падре, бравые полицейские свалили первыми. Вчера среди выживших я заметила Ларри Абрамса. Это владелец единственного местного супермаркета и пивнушки. Не могу сказать, что его прямо уважают, но знают все.