Ректор стоял в сторонке и наблюдал за моими объяснениями. Похоже, он сюда пришёл только для того, чтобы познакомить меня с деканом. Больше часа проходила беседа и в конечном итоге представители академии попрощались и когда собрались на выход, мне захотелось кое-что выяснить.

— Лучезар Мстиславович, можно личный вопрос?

— Поведай, что заинтересовало неуча.

— Что нужно сделать, чтобы обрести титул светлейшего князя?

— А тебе зачем? — насторожился ректор.

— Просто к любому дворянину, пусть даже к графу, могут заявиться люди из тайной канцелярии и обвинить его во всех смертных грехах. Что-то я сомневаюсь, что им хватит наглости вваливаться к вам.

— Ну, так я и не князь, а один из сильнейших воителей Руси.

— Но к князьям тоже не лезут.

— Если они не зарываются, то их не трогают, но стоит кому-нибудь из них начать баламутить, в гости пожалуют не только люди Мирослава, но и мои жрецы наведут шороху. Сам-то я, один из сильнейших людей Руси, мне не по статусу бегать по чужим поместьям, а вот если начнётся какое-нибудь вторжение, тогда да — поеду принуждать к порядку.

— Судя по вашим словам, получается, что нет никакой разницы между графом и князем, но ведь это не так.

— У князей больше денег, но они все подчиняются царю. С такими темпами роста как у тебя, лет через двадцать выбьешь заветную сотню тысяч единиц, получишь ранг «предка» и Рюрик пожалует тебя титулом князя. Но всё равно без земель и богатства светлейшим тебе не стать. У тебя вся жизнь впереди…

— Это слишком долго. К тому моменту меня успеют прибить.

— Ой ли, ты живучий, как кошка с девятью жизнями.

— Ну да, одна пуля в спину и привет гробик.

— Развивайся. Учись делать покров и стихийный доспех. Учти, если к осени не увижу защиты, твоя пятая точка будет постоянно страдать от моих молний. Это я тебе как ректор обещаю!

— Какая осень? Вы о чём?

— Мирослав продул пари, так что осенью пойдёшь в академию.

— Зачем? Я и так всё знаю.

— Шутник. Персонально для тебя сделаю исключение и приму без вступительных экзаменов. Учти, студентов не обижать, а то «карманный» так и не вырастит до полноценного «линкора».

— Но у меня нет времени заниматься учёбой.

— А тебя никто не спрашивает. Светозару нужен напарник. Ты подходишь на эту роль, так что готовься. Без покрова тебе будет, ой как несладко.

— Лучезар Мстиславович, а может мне иммигрировать?

— Порадуй Мирослава. Он и так впал в детство, разыгрывая твою жизнь в орлянку. Дай ему только повод и тайная канцелярия быстро упечёт тебя за решётку. Ты слишком сильный и резвый, а такие должны служить системе, потому как если ты не с нами, значит, подлежишь утилизации.

— Но ведь у князей тоже есть «старцы».

— Есть, но максимум шестьдесят седьмого уровня. Больше восьмидесяти тысяч единиц пока никто не выбил, — ответил ректор.

— Так у меня всего-то двадцать семь.

— Какие твои годы. У тебя вся жизнь впереди, — обнадёжил Лучезар, а после задумчиво добавил: — И внучок, глядя на тебя, тоже как-то умудряется прогрессировать. Спрашивал, как ему это удаётся вне нашего особняка, а он молчит. Неуч, ты часом не в курсе, что он скрывает?

Хотелось рассмеяться, глядя на грубую попытку выведать методы тренировок, но мне хватило такта сдержаться и вежливо ответить:

— Лучезар Мстиславович, просто Светозар одарённый молодой человек, а постоянный риск стимулирует развитие.

— Ох, неуч, умеешь ты врать, но меня не обманешь. Что-то ты ему подсказал, но пока не пойму в чём секрет. Ладно, после выборов узнаю.

Тем же вечером меня отпустили из госпиталя, и Борис привёз в поместье. Окружённый теплотой и заботой, я нежился на кровати, а Анна Григорьевна изображала заботливую сиделку. Она так естественно за мной ухаживала, что мне стало немного стыдно, ведь я постоянно её игнорировал. «Мама» хотела уволиться с работы, но пришлось ей напомнить об учениках из класса, которых нужно довести до экзаменов. Женщина с сожалением согласилась с доводами, но заявила, что будет ночевать рядом со мной. Лично мне быстро надоели её рассказы о детстве Тимофея. Они начинались с фразы: «А помнишь…». Разумеется, нет — память реципиента оказалась частично заблокирована, видимо он сознательно старался забыть неприятные моменты жизни. Учитывая его слабость, неудивительно, что он стёр большую часть воспоминаний. Я и сам давно позабыл родное детство, в котором меня постоянно кто-то третировал. Стоило дать одному однокласснику по шее, как прибегали его родители и меня вызывали к директору, грозя детской комнатой милиции или осуждением моих родителей — мама советовала сдерживать эмоции, чтобы её не отправили за решётку. На мой взгляд, полный бред, но в детстве я верил в подобную чушь, поэтому научился контролировать злость и в результате стал безобидным мошенником.

Но здесь можно не переживать из-за того, что ты убил врага. Конечно, никто не позволит разгуливать маньякам по улицам, но сейчас у меня появилась хоть какая-то свобода манёвра. Задумался о том, сожалел ли я, что «посмотрел на мир глазами предков», и самому себе признался — ни капельки. Мне не хотелось отыгрывать всё назад. Здесь есть магия, которую давно позабыли на моей родной Земле. Да, иногда случаются непредвиденные осложнения в виде чересчур сильных «старцев», но их мало. Впрочем, мне и ректора хватает. Этот дедок решил за меня, что лучше для Тимофея Уварова. При этом его совершенно не заботили мои «хотелки». Конечно, такое положение дел меня не устраивало, но если стать сильнее Лучезара, можно говорить с ним на равных.