Стоит ли говорить, что часть про друзей была самая неприятная? Тоже мне друга нашёл...

– Хорошо. Тогда выдвигаемся вместе. Сейчас же.
– зафиналила я нашу ссору. Пререкаться и спорить дальше, я смысла не видела. Тем более, я и сама не горела желанием оставаться одна.

Город проснулся. Люди спешили на работу, по своим делам. Нам встретились даже парочка экскурсоводов с туристами. У меня от всего этого глаза на лоб лезли. Миллионы людей не подозревают о смертельной опасности, которая вот-вот обрушится на их головы. Это ужасно.

Встретив первую патрульную машину, я просто шагнула под колёса, оттолкнув бампер. Визг тормозов и отборная ругань привлекала внимание прохожих. Но мне уже было всё равно. Убрав руки, которые оставили внушительные вмятины, я выпрямилась и скользнула в сознание патрульных.

Уезжали мы вместе с Ваней на машине копов, под удивлённые взгляды очевидцев.

С горем пополам я разобралась, как работает громкая связь в этой адской машине. Лучше бы обзавелась рупором, ей-богу.

– На город движется военная техника. Пожалуйста, укройтесь в надёжных местах. Предупредите близких. Вы в смертельной опасности.
– без остановки повторяла я, колеся по улицам.

Люди, не воспринимавшие эту информацию серьёзно, корчили гримасы недовольства и продолжали свой путь дальше, как ни в чём не бывало. Но подавляющее большинство всё-таки прислушивались. Они сеяли панику, да. Но вместе с тем меняли траекторию своего движения, звонили родным и близким, распространяли жизненно важную информацию.

– Вот ещё одна!
– Ваня указал на отъезжающую от закусочной патрульную машину, которую я едва не упустила из виду.

Спустя пять минут по городу носились уже две машины и сеяли панику. Разъехавшись в разные стороны, мы изредка встречались на поворотах и махали друг другу в окна, как малые дети. Несмотря на надвигающуюся угрозу, моё настроение сразу поползло вверх, стоило только начать хоть что-то делать, а не сиднем сидеть и ждать...с моря по морде. А угроза, кстати, что-то опаздывала. И это заставляло надеяться на благоприятный исход. Вил определённо остановил наступление.

Но как же я ошибалась...

Первые взрывы прогремели далеко за пределами центра. Чёрно-огненные всполохи поднялись в небо. Занимались пожары. Хруст металлоконструкций, обрушений и бесконечные крики оглушили.

Паника! Внутри меня поднялась паника. Я казалась себе уже жалкой и бесполезной, в этой машинке с громкоговорителем в руках, на фоне выпущенных снарядов.

Соберись! Соберись же!!!

??????????????????????????

Почувствовав сильный толчок, я наконец-то смогла опомниться. Взглянув в зеркало заднего вида и заготовив пару едких словечек, я выдохнула. В меня врезался Ваня. Судя по всему, на полном ходу. И сейчас он уже выходил из машины, удивлённо на меня таращась:

– Ты оглохла? Я кричал тебе ещё с соседней улицы!

– Прости, я... растерялась...

Выбравшись, я оглянулась на полупустые улицы, и редких бегущих людей. Взрывы стихли. Но ни людей, ни меня это не обнадёживало. Я чувствовала, что они возобновятся.

– Бежим.

– Куда?
– развёл руки в стороны Ваня, пытливо всматриваясь в моё лицо.

– Туда...
– я указала на северо-запад, где в небо поднимались столпы огня и дыма.

– Самоубийца...
– выдохнув, он взял меня за руку и улыбнулся. А мне так хорошо от этой улыбки стало, так легко и тепло. Волшебным образом она придала мне не только сил, но и уверенности в принятом решении.

И мы побежали.

Первым моим потрясением стало то, что я на этот раз ни во что не врезалась, а уверенно мчалась рядом с Ваней, крепко вцепившись в его руку. Спасение человечества — это хорошо, но и позориться не хотелось, вписавшись в очередное здание, или даже памятник. Вторым потрясением стало то, что не достигнув и километра до стены нам начали встречаться снующие туда-сюда охотники. Они эвакуировали людей! Провожали до микроавтобусов и увозили в неизвестном направлении. Один транспорт сменят другой, а они все бегали по улицам, спасая ЛЮДЕЙ!

– Остановимся.
– попросила я, переходя на человеческий шаг.

Встав на пути у одного из капюшонов, я чуть ли не раскрыла ему объятия. Такая радость и вера в добро внутри меня бушевала, что хотелось обнять целый мир. Парня от моей доброжелательности и широкой улыбки перекосило. Словно кило лимонов в рот засунул, он ещё и забавно надул щёки.

– Что тебе нужно? Не видишь, я занят?

Значит, знает кто я. Это хорошо. Плохо, что я его не помню, ну или не знаю. Или моя слава бежит впереди меня.

– Где Алекс? Кто руководит эвакуацией людей?

– Алексии нет. Крис руководит. Это всё?
– с его словами, моя вера в добро немножко пошатнулась. Я же уже успела раскатать губу, что Алекс одумалась.

Зато Крис жив. Не всё так плохо.

Но новые залпы отрезали меня от этих размышлений.

– ЛОЖИСЬ!
– кто-то кричал и отдавал команды, укладывая людей на асфальт. Люди валились друг на друга, крича и вознося молитвы. А я замерла и смотрела на эту душераздирающую картину.