Паша кивнул, понимая, что ему что-то не договаривают. Но это «что-то», в коем-то веке хорошее. Да и он уже догадался в чём суть. Скорее всего, пока он находился в отключке, к бойцам подходил один знакомый бородатый элемент, внёсший в ситуацию определённые коррективы. И бойцы чисто по-человечески не хотели висеть над душой, мешая дружеской беседе.

Простившись с сопровождающими, Паша вошёл в столовую, попав в довольно просторный зал. Первое, что бросилось в глаза, за столиком у стены сидела странная компания из шести плечистых мужчин. Странность её заключалась не только в незнакомой военной форме, но и в том, что трое из сидящих являлись неграми — улыбчивыми, крепкими, с цепкими бойкими глазами.

— Дядь Паш, дядь Паш, мы здесь!

Даня и Сусанин обнаружились в противоположной от янки части зала. Улыбающийся до ушей помощник радостно махал сталкеру левой рукой. Правая Данина рука висела на перевязи и была то ли сломана, то ли серьёзно повреждена.

Сусанин также выглядел потрёпанным жизнью человеком. Голова его была перебинтована, под левым глазом красовался здоровенный лиловый фингал. И что Пашу особенно удивило, на поясе бородача, в специальном чехле, висел такой знакомый красный топор.

Махнув рукой в ответ, сталкер первым делом пообщался с работником за стойкой, получив от того поднос с комплексным обедом. Осторожно поставив его на стол, он уселся за занятый товарищами столик.

Даня сиял как маленькое солнце и улыбался демонстрируя поредевшие передние зубы. Вблизи стало видно, что пострадала не только его рука. При этом подростка распирало от желания рассказать обо всём и сразу. И, что особенно порадовало Пашу, кожа помощника выглядела абсолютно нормально, да и вообще, он ни коем образом не походил на мутанта.

— Ты чего такой мрачный? — расставляя тарелки, обратился сталкер к сидевшему напротив Сусанину.

— Да пиздец… — угрюмо и неопределённо пробормотал тот.

— Дядь Паш, порталы проабгрейдили. Теперь он через них пройти не может. А я вот почему-то могу, — не удержал словесный понос Даня.

Кисло улыбнувшись, бородач едва заметным движением глаз указал на свой топор, а после стрельнул глазами на Даню.

Паша жест понял. Теперь через порталы не мог пройти не сам Сусанин, а его загадочный «Символ власти». А ещё о символе и перфектах не следовало упоминать при Дане. Тема, похоже, находилась за семью печатями.

«Неужели проблем с порталами всё же нет?» — подумал про себя сталкер.

— Дядь Паш, а мы в другом мире были. Который как в зонах полного слияния, но огромный! И там оказывается не везде плюсовка. А какие там твари…

Не закончив, помощник замолк, получив от Сусанина запретительный взгляд.

— Помолчи, слишком много ушей вокруг, — пояснил бородач.

— Я вот сильно сомневался, что после моего рассказа удастся вернуть твой топор, — с аппетитом принимаясь за еду, произнёс Паша. — Ты, кстати, в курсе о моих приключениях? — поинтересовался он.

— Да, Эдик мне всё рассказал, — проворчал Сусанин. — А топор я отдавал им на исследование лет пятнадцать назад. Отправить его под купол не удалось, а в остальном они поняли, что ничего не поняли. Заодно, в любых руках кроме моих, он не более чем очень острая игрушка.

— Эдик, это который Хазин? — подивился Паша.

— Ну а кто ещё, по-твоему? Я с этим хреном уже лет пятьдесят как знаком, — ответил бородач.

— Странно, если дело обстоит так, как ты говоришь, то почему белобрысый хрен меня не убил? — подивился сталкер.

Из слов немки следовало, что, если у тебя нет Символа власти, перфект мог убить тебя чуть ли не чихом.

— Потому что женщина, которая рассказала тебе много всего интересного и мешающего спокойно жить, не знала кое-каких важных моментов. Например того, что нейроинтерфейс Старших как-бы монополизирует паранорм в твоём теле. Пока он в твоей голове, никто не сможет на тебя ТАК повлиять. И чем больше ОНИ узнают о Старших, тем сильнее нервничают.

— Они это кто? — захлопал глазами Даня.

— Много будешь знать, скоро состаришься. И не лезь в мою голову! — рявкнул на помощника бородач.

— Я случайно, — потупился Даня.

— Не знаю, что теперь с ним делать, — кивнул на подростка Сусанин. — Парнишка прыгнул сразу до психократа третьей категории. А психократов никто не любит и это ещё мягко сказано. Я пытался сплавить его военным, но они отказались. Говорят, в училище надо. Конторские вот с руками оторвут, но знают я их, нечего парню молодость портить.

— А что с «Зонтиком»? — поинтересовался стакер.