Иса, глядя на Тильдэ, которая всё ещё была где-то у входа, вдруг медленно опустилась на место обратно и нахмурилась.

— Она мне кого-то напоминает. — Задумчиво произнесла подруга, а меня от любопытства аж раздирать стало. Пришлось привстать, чтобы посмотреть на это чудо заморское.

Тем временем эта парочка династии Рейзи приближалась. Именно в тот момент, когда я встала в полный рост они шествовали уже совсем близко.

Когда я увидела Тильдэ, у меня едва челюсть не отъехала. Интересно, а у Арабеска вообще всё хорошо со зрением? Хотя, Иса тоже ещё не догнала свою мысль о том, что эта девчонка ей кого-то напоминает.

«Да это я, только с белыми волосами, светлыми глазами и немного злее!» — Или такую схожесть вижу я одна?

Пока я стояла и пялилась на своих родственничков, Арабеск поворачивает голову в мою сторону, продолжает улыбаться, но практически сразу улыбка слетает с его лица и мужчина смотрит на меня совершенно безумным взглядом.

Бросаю на него многозначительный взгляд.

— Проходи вперёд. — Слышу, как Арабеск уводит родную сестру вперед, а сам оборачивается на меня.

Я сажусь на место, замечая, что Иса находится в полной прострации.

— Ну что, до тебя дошло, на кого похожа Тильдэ? — Шёпотом спросила я, хотя в такой суматохе даже мой крик никто бы не услышал.

А Иса продолжает хмуриться. Я даже слышу, как её шестерёнки в мозгу активно передвигаются. Хотя, скорее скрипят.

— Посмотри на меня. — Попросила я и подруга тут же подняла голову.

— Тебе она тоже кого-то напоминает? — Уперев кулак в щёку, Иса смотрит словно сквозь меня.

— Ну ты тормоз. — Закатила глаза и встала из-за стола. Завтрак уже поглощён, пора идти на занятия.

— Что ты делаешь? — Подруга смотрит снизу-вверх и тяжко вздыхает.

— А на что это похоже? — Развожу руками. — Ты бы тоже поторопилась, скоро звонок.

— Сейчас все опоздают, поэтому нет смысла торопиться.

Мне здесь находится совсем не безопасно, поэтому как бы там ни было, пора линять.

Стоило мне протиснуться через всех желающих, поглазеть на Тильдэ, как меня хватают за руку и прижимают к чьей-то вздымающейся груди.

— Я знал, что это ты. — Слышу голос Рейзи и пытаюсь вырваться.

Только вот меня не держат, что удивительно. Я разворачиваюсь лицом к брату и оказываюсь в ступоре. Его лицо озарено неподдельным счастьем!

— И ты не попытаешься меня убить? — С сомнением спросила я, складывая руки на груди.

Глаза брата выдавали ужас от услышанного. Он словно не ожидал этого.

— Если тебе кого и надо бояться, то это Тильдэ, а не меня.

— Если её надо бояться, зачем ты её сюда привел?

— Я не приводил. Она сама себе хозяйка. А если ей что-то запрещать, то получится ещё хуже. Нам надо поговорить. — Рейзи протягивает мне руку, а я не верю, что могу доверять. — Пожалуйста, верь мне. — Словно читая мысли, Арабеск буквально умоляет меня.

Я вздыхаю, но всё же вкладываю свою руку.

— Только рискни меня тронуть, и ты пожалеешь, что явился на эту планету. — Порыкивая, произнесла я.

После того, как я дотронулась до брата, мы оказались за пределами кампуса. Это была всё ещё территория Академии, но где-то в самой её гуще.

Не успела я оглядеться и вырвать руку, Рейзи притягивает меня к себе и крепко обнимает.

— Как же я рад, что с тобой всё хорошо. — Облечение сквозит в каждом его слове, что заставляет меня усомниться в своих ночных словах ещё раз.

— Объясни, пожалуйста, что происходит? Почему ты за меня боишься? — Наконец-то Арабеск меня отпускает, и я могу свободно вздохнуть. — Почему ты вообще имеешь такие способности, как эмоции?

— Я был свидетелем того, как в тебя выстрелили. — Кажется воспоминания о моём побеге доставляют Рейзи кучу неприятных ощущений. — Я умею чувствовать, потому что стал первым, кому наш отец ввёл специальный вирус.

Откровения Рейзи потрясли меня. Всё, на что я опиралась в отношении синаффектусов было частично неверным. Во всяком случае, не все синаффектусы заслужили право на жизнь.

— То есть для тебя испытывать эмоции, это как болезнь? Как неизлечимый вирус? — Мы с Рейзи ушли куда-то за территорию, но я этого даже не заметила.

— Да. Мы родились такими. Бесчувственными. И любое вмешательство так или иначе является искусственным. Эмоции для некоторых из нас это болезнь. Существует группа сопротивления, которая и по сей день борется с нами, пропагандируя свою правду. Он жестоки и опасны. И что самое плохое, их предводитель это Тильдэ.

От услышанного я споткнулась. Спасибо Арабеску, успел поддержать.