Нет, я всё-таки должна показать этому нахалу, что не струсила и не собираюсь идти у него на поводу. Если сейчас не дам ему отпор, то о спокойствии в следующие три года можно забыть.

Черт, и откуда только этот Соловьев свалился на голову? Наверное, это мировое равновесие! В конце прошлого года отчислили какого-то бюджетника и мне как сироте предложили перейти учиться на его место на дневную форму, и расплата за это счастье определенно чертов Рома.

Я притаилась, посматривая в сторону входа, чтобы не пропустить его появления. Минута, две, три, но вокруг лишь тишина.

— Кого высматриваешь? — Я вздрагиваю от горячего шепота прямо над ухом и чувствую, как от страха сердце в груди забилось словно бешенное.

— Жертву, — шепчу в ответ, поворачивая голову в сторону Ромы, и, кажется, попадаю под действие его феромонов.

Это определенно из-за его парфюма, а не из-за того, какие у него красивые глаза.

Нас разделяет ничтожно малое расстояние, и в этот раз я беззастенчиво пробегаюсь взглядом по его лицу, замечая и несколько веснушек, и слегка припухший нос, и его расширенные зрачки.

Жду от него каких-то речей или действий, но Рома молчит, а его взгляд останавливается на моих губах. Специально облизываю их, провожу языком по нижней губе, а потом слегка надкусываю ее. Не зря же я несколько лет пашу как пчелка в заведении, где даже гример знает основные фишки соблазнения.

От реакции парня на такое невинное действие хочется улыбнуться: на его щеках неожиданно появляется румянец, и он нервно одергивает края футболки.

Наш малыш оказался настолько застенчивым?

— Так зачем ты позвал меня? — отмираю первой и делаю несколько шагов вдоль ряда с книгами, чтобы нас не было видно.

Прохожусь пальцами по корешкам книг: бизнес-литература, микроэкономика, экономическая теория. Поддеваю краешком пальца одну из толстых книг, открываю на первой попавшейся странице и делаю вид что мне безумно интересно ее содержание.

— Ммм, дело есть. — Чувствую, как рука Ромы ложится на мою талию, и от этого прикосновения становится горячо.

С силой сжимаю книгу, потому что его дыхание скользит по моей шее. Мы близко, слишком близко друг к другу.

До этого момента мне ни разу не нравилось, когда меня касались мужчины, но его ладонь, которая медленно двигается вверх-вниз по спине, будоражит во мне незнакомые до этого момента чувства.

Я закрываю глаза, позволяя себе на мгновенье забыться и насладиться мимолетной мужской лаской. Это ведь она и есть, правильно?

Работа в стрип-клубе позволяет мне каждый день наблюдать, как мужчины с кольцами на безымянном пальце жадно смотрят на полуголых девушек и уводят их в приват, и это полностью разрушило мою веру в большую светлую любовь. Внутри меня возникла какая-то брезгливость к противоположному полу, а ещё понимание того, что не стоит доверять даже собственному мужу, не говоря уже о незнакомце, осыпающем тебя комплиментами.

— Предлагаю обойтись без прелюдий и сразу перейти к делу, — шепот Ромы отрезвляет меня и возвращает в реальность.

Я поспешно отстраняюсь от него и отхожу в конец прохода, чтобы увеличить между нами дистанцию.

Глава 6

POV Вероника

— И что же ты предлагаешь? — вопросительно приподнимаю бровь, встречаясь с ним взглядом.

— Думаю, нам надо установить некоторые правила нашего совместного существования. — Он делает шаг ко мне и останавливается, нагло пялясь на мои ноги.

— Предлагаешь выбросить белый флаг? — хмыкаю, не в силах поверить, что все повторяется вновь, прямо как в школе. Только теперь все по-серьезному и, кажется, начало нашей словесной пикировки доставляет мне удовольствие.

— Скорее капитуляцию, — задумчиво говорит Рома, медленно приближаясь ко мне.

— А если капитан судна не согласен капитулировать?

— Тогда придется брать штурмом.

— Хм, в таком случае штурм займет очень много времени, так как боеприпасов хватит примерно… года на три.

— Думаю, если применить секретное оружие, то битва закончится намного быстрее. — Он останавливается всего в шаге от меня и нагло пялится в вырез моего платья.

Мне хочется прикрыть руками грудь, но я одергиваю себя, понимая, что его взгляд вовсе не липкий и не неприятный, как это бывает в стриптиз-клубе, когда посетители пожирают тебя глазами, мысленно имея во всех возможных позах.

Его взгляд больше похож на оценивающий, словно он сравнивает ту четырнадцатилетнюю девочку в розовых сапожках и эту — надменную, сексуальную и невинно-соблазнительную.