Слова Германа ударили как раскат грома. Я забыла как дышать, до конца не веря, что он сказал такое, признал меня своей. Ведь он так никогда не называл меня, когда мы были вдвоем. А тут…

Я с опаской глянула на Севу, потом на Даниза. Если бы сейчас в коридор поликлиники влетела шаровая молния и врезалась бы в обоих братьев, то они, наверное, не выглядели такими ошалелыми как сейчас. Не верят, Сева так вообще смотрит на Германа словно впервые видит. Даже побледнел.

Его девушка! Официально. Для всей этой чокнутой семейки. Я подняла голову вверх, попыталась поймать взгляд Германа, но этого мне не удалось. Он не сводил глаз с Севы, они как будто вели молчаливый диалог между собой. Тишина в коридоре стояла угнетающая.

— Это шутка такая? — окрысился Даниз, он неприятно улыбнулся, но в глазах плескался страх.

Герман даже не посмотрел в его сторону. Все его внимание занимал Сева.

— Так, значит, брат? — наконец, проговорил он. Голос спокойный, даже бесцветный какой— то, но вот глаза выдавали — тусклые и… больные. — Давно?

— Это никого не касается, Сева. Даже тебя. И не надо пугать Кору своим присутствием. Она и так еще не отошла до конца от наезда. А, Даниз?

Вот теперь он посмотрел и на своего младшего. Тот лишь пожал плечами.

— Понятия не имею, о чем ты. Я вообще ее первый раз вижу после того, как… — он сделал вид, что задумался. — Да даже не помню… столько времени прошло. Я вот успел жениться. Кора, мы теперь родственники, в курсе?

— Заткнись, клоун. — одернул его Сева и посмотрел теперь уже прямо мне в глаза. — Это правда? Ты с ним?

В горле пересохло от волнения, я испугалась, что не смогу ответить достаточно твердо и уверенно, поэтому я лишь молча кивнула.

— Да ты хоть знаешь, кто он на самом деле?! — взорвался Сева. — Ты пожалеешь, что…

— Хватит! — резко оборвал брата Герман. Я внутренне сжалась, ладонями захотелось закрыть уши, чтобы больше ничего не слышать. — С тобой поговорим после, а с ней тебе не о чем разговаривать. Иди к своей жене.

Даниз громко засмеялся, но быстро заткнулся, когда увидел, как на него смотрит Сева. Да, в этой троице Даниз был явным аутсайдером.

— Увидимся вечером, Герман. — Негромко и вроде бы спокойно ответил Всеволод. Я сама удивилась, что, наверное, впервые в мыслях назвала Севу полным именем. Не помню, чтобы его вообще кто-то назвал по-другому. Почему так?

Герман ничего ему не ответил, он ждал, что его брат уйдет. Когда Сева медленно прошел мимо нас, я отвернулась, не могла смотреть на него. И тут же почувствовала как сильная мужская ладонь успокаивающе коснулась моего затылка.

Господи, вот это мы влипли! Что дальше будет?! Я не представляла, чего и кого мне бояться больше. Но страшно было не за себя, а за него.

— Я тоже пойду, — быстро засуетился Даниз. Но встав с кресла, он не пошел к нам, а развернувшись, направился быстрым шагом вглубь коридора. Кажется, там был второй выход с этажа.

После того как его брат скрылся из вида, Герман молча потянул меня за руку в сторону кабинета врача. Я со всеми этими переживаниями уже и забыла, зачем сюда пришла, да и голова волшебным образом перестала болеть, когда рядом появился он. Герман. Но для всех остальных — грозный и жесткий Аид.

Он оставил меня у врача всего на несколько минут, а потом вернулся и выслушал все рекомендации, которые не блистали новизной, разве что мне велели сделать КТ головного мозга.

— Лучше всего будет уехать из города на свежий воздух. И главное, никаких переживаний.

Я едва не рассмеялась. От нервных потрясений я скорее инфаркт заработаю!

Герман сам отвез меня в свою квартиру. За нами ехали целых две машины охраны — это только то, что я сама заметила, не удивлюсь, если еще кто-то нас оберегал.

Всю дорогу мы молчали — у меня в голове крутились сотни вопросов, но по угрюмому выражению лица Германа, я решила не лезть к нему с расспросами. Несколько раз ему звонили на мобильный, но он либо сбрасывал звонки, либо отвечал односложно. Я нечасто видела его таким собранным и напряженным как сейчас.

Его девушка. Эти слова грели изнутри, обволакивали меня невидимым защитным коконом, заставляли улыбаться несмотря ни на что. Я гнала от себя мысли, что в другой ситуации он, может, и не стал бы открыто признавать наши отношения. Снова и снова прокручивала в голове короткую стычку с его братьями в коридоре. Они ему не простят. Сева точно воспринял его признание как плевок. Господи, да почему он вообще обо мне до сих пор помнит?! Столько времени прошло — он не искал меня, насколько я знаю, женился на бывшей подруге. Почему тогда смотрел на меня как безумный?!