Пока ещё нет во мне голоса

Только любовь

Но только любовь - это голос

И все его слышат

Пока ещё прячутся голуби в алую кровь

А алая кровь - это крылья взлетающей крыши

За голубем небо как текст улетающий в файл

За файлом экран и дисплей

За дисплеем экран

Прочитанный текст это я улетающий в файл

Прочитанный текст - это файл улетающий в Я

Последняя книга которую я напишу похожа на остов из мамонта из мезозоя

Но я не пишу и поэтому я не пишу из зоомузея записок и из мезозоя

Музей музыкален в нем зоорояль зооарфа в нем зоовалторны и зоолитавры аморфны в нем зоолончели с изогнутой шеей жирафа вдоль линии Соль соловей опрокинутый в морфий

Как в банке с эфиром расправлены крылья всех звуков-стрекоз прозрачно теряющих крылья в изгибах рояля где сладковкушающий мамонт - вселенский наркоз скрипичным ключом в Ре и в Ля свой скелет повторяет теряя

Сквозь мамонта в Ля я влетаю в серебряный файл в нутро где руины из рун и руно золотое откуда роятся щемящие файные Фа в сластящее лето летящие в зоо из зноя

Да будет вам книга моя из струны переполнившей верх

Наверх вы товарищи все - динозавры и плезиозавры

За буквою Ферт и не менее древнего Херъ где снова из Ять и из Ерь

Херъ и Зверь вылезает

Второисайя

Театр военных действий подчиняется законам галактики где любое поле боя вписывается в эклиптику эклиптика - в поле боя

Может быть прав был все же

Тейяр де Шарден говоря о слиянии точки Омега и точки Альфа

Наполеон стал Кутузов

Кутузов - Наполеон

Группа Альфа оказалась совсем не Альфой а Омегой семидесяти трех лет нескончаемого доноса где в чугунные буквы донос отлит от Навуходоносора до на-ухо-доноса

Горе городу который изверг праведника из города где изваян чугунный изверг где глядят чугунные морды где отчетливей Отче наш и всегда у всех на виду:

Кто отлил их из чугуна тот чугунным будет в аду

* * *

Памяти моей мамы - актрисы

Надежды Владимировны

Челищевой-Юматовой-Кедровой

МАМА

МАМА

МАМА

Я

ЯМА

ЯМА

ЯМА

МА

ЯМА

ЯМА

Я МА

МА

МАМА

МАМА

МА

МА

Я

Золотой Хризостом

Метро

О не мертвей душа в метро в туннеле морте-политена душа от тела отлетела и не осталось даже тела но только трубная труба трубящая вагонным громом

Усыпальница

Богородица - дорога в рей радуга мурлычущего луча ты ввела меня в ажурную дверь по черным клавишам ночи по белым клавишам дня хрустальной поступью не ведающей веса сошла как снежинка с-не-бес не касаясь сугроба такой боли какой боли нет то к чему ты взошла твое Схождение

Вознесение

Взывание к Сыну Выси

О нет нельзя возноситься выше высоты но Ты за пределами высоты там где высота упирается в Твердь другой высоты ещё нет любви но уже прощения где за первой ступенью прощения разверзается рай примирения где ладан дал даль но не примирился а прощен

Лестница

Радуйся - Лестница от земли к небу небо выше небес печаль нежнее печали это называется амаль-гамма это вспоминается но не называется это как воздух и видим и невидим

Филос - дружеское расположение

Агапия - мировое влечение

Эрос - сладостное томление все это конечно же есть но скорее мерцает нежели отражает

Это похоже на морское дно в лучах света близко и отдаленно одновременно

Если вспомнил это уже не то

Вот когда и помнишь и не можешь вспомнить одновременно знаешь что есть но не знаешь что как холодок валидола под языком вот нет его вот тут-то он и остался

Взор упирается в стену затем в стекло но если нет ни стены ни стекла а взор улетел за взором или ещё улетает мяч но пока он не вернулся он уже ракеткою пойман

То ли улетает мяч то ли прилетает это смерть - любовь это разлука встреча

Я бы назвал это прикосновением если бы прикосновение улетело

Я бы назвал это поцелуем если бы поцелуй отделялся от губ

Море слез

Если огненный крест на небе видит его каждый у кого слезы ибо слезы линзы для Того Света ибо Тот Свет состоит из слез ибо слезы состоят из этого света

Молитва моря - вздыбленные валы из слез пронизанные лучом где в имени

Ай-ваз-зовский

Ай-святой-зов воз-глаз