Герасим ждал нас в условленном месте, и на наше появление только сокрушённо покачал головой. А и было с чего, двадцать две породистые лошади это не хухры-мухры. И это вовсе не об их цене. Их ведь вывести нужно, а нас всего-то пятеро.

Когда я наконец убедился в том, что мы в безопасности, вызвал Шешковского и сообщил о том, что Марию Ивановну из лап похитителей вырвал. Миндальничать с ними нам было некогда, поэтому мы их всех перебили и сейчас направляемся к Заситино. Тот конечно удивился, но заверил, что немедленно известит об этом князя Долгорукова.

К заставе, ну или к крепости, вышли уже глубокой ночью. Благо комендант не страдал формализмом и не стал держать нас снаружи до утра. Ну или дело в моей бляхе. Хотя-а-а, скорее всё же в Марии. Великая княжна, наследница российского престола, понимать надо. Он даже уступил ей свою квартиру, перебравшись на время к господам офицерам. Меня с Хрустом и Зимой разместили на сеновале, что меня ничуть не задело. Тепло, сухо, духовитый запах сена и несколько бессонных ночей. Да только в радость, поэтому я провалился в сон, лишь обрадовавшись такой возможности.

— Пётр Анисимович, просыпайтесь, — потрепал меня за плечо Хруст.

Оно вроде как и боевой выход, но в то ж время мы сейчас в крепости, а значит посторонние уши и глаза могут оказаться поблизости в любой момент. Вот и обращается Клим официально.

— Что стряслось? — удивляясь своему крепкому сну, рывком сел, и глянул по сторонам.

Сеновал, как сеновал, с ночи ничего не изменилось. Но это внутри. А вот снаружи какая-то суета. Куда-то бегут солдаты, отдают команды десятники и офицеры. Гомон, топот ног, скрип, стук дерева, лязг металла, ржание лошадей, детский плач. Дети? В крепости? Что з-за…

— Ливонцы пожаловали. Крепость села в осаду, — пояснил Хруст.

— О как. Никогда такого не было, и вот опять, — бог весть отчего сразу припомнились слова Черномырдина.

Ну вот какого остались в крепости? Могли же забрать лошадей и уйти в ночь. Расслабился. Границу пересекли, Ливония осталась позади, вокруг только свои, можно и отдохнуть по нормальному. А та возьми и припрись вослед.