Бин оглянулся на напарницу:

– Снова маг хаоса?

– Не люблю совпадения, – Илара вновь поморщилась, – но тут даже додумывать ничего не надо. Притащи мы сюда эксперта из старших братьев – он скажет тебе то же самое. Так что наша задача практически не изменилась.

– Разве? – не понял Бин. – Но этот лютоволк…

– Необычен. Он создан магами. Да, я знаю, – отмахнулась Илара от пытавшегося вставить слово парня. – Сегодня ты уже исчерпал лимит озвучивания очевидного. Но это не наша работа, Бин. Потому что проблема не в том, что этого лютоволка создали маги. Проблема в том, что в его создании участвовали серые паладины.

Бин вздрогнул. Упоминание предателей и отступников закономерно вызывало не самые приятные чувства у любого брата и сестры ордена.

Серых было немного. Бывшие, а иногда и действующие члены ордена, заботящиеся только о своих личных интересах. А также те, кого обучили владению магии порядка за пределами ордена, что было строжайше запрещено и наказывалось сурово, даже смертным приговором.

Столкновение с отступником всегда заканчивалось боем. К сожалению, серые, чаще всего не ограниченные в средствах достижения цели такими вещами, как догматы ордена и банальная мораль, оказывались сильнее простых братьев. Многие верили, что отступников еще можно вернуть на правильный путь, стоит только подобрать правильные слова. На деле такого не случалось.

– Ты уверена?

– К сожалению, – подтвердила Илара. – Эту тварь создали с помощью нашей силы, точнее не без помощи кого-то, владеющего аспектом порядка. Об этом надо сообщить наставнику. Отступники – не по нашему рангу. А вот с магом хаоса будем разбираться. Что-то мне подсказывает, что мы не случайно на него натыкаемся уже во второй раз. Вне зависимости от того, каким образом он замешан в этом деле, этот маг что-то знает. И ордену эта информация пригодится.

– А если он заодно с серыми? – перспектива встречи с отступниками или даже с теми, кто с ними хоть как-то связан, откровенно говоря, пугала Бина. Слишком часто серые выходили победителями из стычек с воинами ордена.

– Не знаю, может быть. Но мы этого и не узнаем, пока не найдем его. Самое главное – имя у нас уже есть. Все, здесь нам смотреть больше не на что, – вздохнула Илара и, желая подбодрить помрачневшего напарника, добавила: – Пошли. Нам еще отчет составлять для старших братьев.

Отчеты пугали Бина не меньше, чем перспектива встречи с серыми. И ведь с отступником они могут и не встретиться, а отчеты писать точно придется.

Птицы щебечут, ветер гуляет в кронах деревьев, шелестя листьями. Откуда-то издалека доносится шум города. Не нужно никуда бежать и ни о чем думать. Идиллия.

– А я тебя уже заждался, – первым поприветствовал я Раду, стоило ей показаться на дорожке больничного парка.

Хватит с меня пока этих приключений, да и парк очень живописный – вот оно действие мага с аспектом жизни, да еще и такого круга, как у Зака. Ему даже целенаправленно влиять на природу не нужно, чтобы трава становилась зеленее, а цветы разносили по всей округе умопомрачительный аромат, который отлично способствовал душевному спокойствию и исцелению. Никто же не мешает работникам выращивать здесь исключительно целебные растения, совмещение приятного с полезным.

– Вижу я, как ты заждался, – проворчала волшебница, глядя на мое беззаботное времяпрепровождение. – У меня были дела, которые надо было срочно решить. Да и помотаться пришлось, – призналась она.

Только сейчас, когда она подошла достаточно близко, я отметил уставший вид девушки.

– Случилось что-то?

Она огляделась, явно желая продолжить разговор в менее общественном месте. Но парк пустовал. За все утро, помимо меня, сюда выходило лишь два человека из больных, и раз показалась медсестра. Смирившись, Рада села рядом со мной.

– Я отправила сообщение о нашем странном зверьке, все же это далеко не рядовой случай. И еще – господин Келдрин пришел в себя.

– Хорошие новости, – я слегка улыбнулся. – Как он?

– Мрачен, – без особой радости ответила Рада. – Прямое нападение на господина Келдрина может означать только одно – Торны готовы перебить весь род. А Эвверанам просто нечем на это ответить. Не те сейчас у них возможности и силы, чтобы открыто противостоять такому противнику.

– Я не думаю, что это Торны.

– Пусть не они сами, – пожала плечами Рада, – но кто-то из подчиненных им родов или кланов. Какая разница?

– Не скажи, – отрицательно качаю головой. – Мне все это кажется неправдоподобным. Эти охранники, которые сказали мне, что земля принадлежит Торнам. Я тогда не обратил внимания, но сейчас… Они с тем же успехом могли сказать, что земля принадлежит империи, чего мелочиться?

Рада смотрела на меня, явно не понимая хода моих мыслей.

– К чему ты ведешь?

– К тому, что Торнам нет необходимости посылать убийц. Род Эвверан не способен представлять такую угрозу, чтобы заставить шевелиться одну из пятерки сильнейших семей империи. Ради каких таких целей им практически открыто вмешиваться в жизнь нашего захолустья? Какой резон?