После этого некромант замолчал и на некоторое время погрузился в раздумья, из которых его вырвал голос бывшего ученика шамана.

— Эм… Это крайне интересно, хозяин… — Осторожно начал Мор'Джин. — Но пока что я не вижу никакой связи между твоим рассказом и необходимостью штурма Луносвета.

— Лишь потому, что я еще не подошел к главному. — Усмехнулся седовласый уроженец Хай-Рока. — В одном из последних разделов рассказывалось о слабостях каждого народа. И в случае с моим народом было написано следующее: Если хотите одолеть представителя этой расы — сыграйте на его гордыне. Даже самые хладнокровные бретоны приходят в безудержную ярость, когда кто-то посягает на то, что они считают своим. И знаешь что? — Внешне лицо рослого чародея никак не поменялось, но молодой лесной тролль буквально кожей почувствовал исходящую от него ауру жажды убийства, которая была настолько сильна, что затрудняла Мор'Джину дыхание. — С недавних пор Вайтмейн принадлежит мне…

В этот момент из разговор бесцеремонно прервали — одна из дверей, что вела во внешнюю часть зиккурата, резко распахнулась и в комнату вошел разукрашенный татуировками вождь племени Амани, что нес в руках длинный и замотанный в какие-то тряпки сверток.

Остановившись рядом со столом, за которым стояли некромант и его ближайший помощник, Зул'Джин к чему-то прислушался, а затем повернулся к бретонцу и сказал.

— Что-то в воздухе злобой пахнет… Лоа, если ты собираешься покарать этого мальца за провал, то я могу и снаружи подождать, мне не сложно.

— Все в порядке…

Мгновение — и давящая аура, исходящая от седовласого некроманта, исчезла, будто бы её никогда и не было.

— Прежде, чем ты начнешь рассказывать как все прошло… — Мадаав указал на ношу вождя племени Амани. — Что ты с собой притащил? Руны на ткани мне незнакомы, но судя по частоте их расположения — это что-то вроде подавителя магической энергии.

— После любого удачного набега вождь должен преподнести Лоа какой-нибудь ценный трофей, чтобы духи в будущем были благосклонны к его племени. Причем дар должен быть соразмерен успеху и полученной добыче… — Положив свою ношу на стол, Зул'Джинн с самодовольной ухмылкой начал разворачивать принесенный сверток. — А набег на остроухих мы устроили просто шикарный: кровь ушастых лилась рекой, огонь пожирал их дома, как голодный падальщик — свежий труп, а уж какие там стояли крики… — Старый лесной тролль мечтательно вздохнул. — Эх, я как будто лет тридцать скинул! В общем, пощипали мы этих выродков знатно и добычу собрали богатую. Остроухие почти никакого сопротивления оказать не смогли и только в паре случаев нашим бойцам пришлось отступить: в одном поселке оказался какой-то сильный остроухий колдун, который начал пыхать пламенем не хуже иного дракона, а в другом не вовремя подошло подкрепление со стороны основных сил эльфов. То ли еду они подвозили, то ли наоборот, вывезти что-то пытались… В общем, в этих двух местах отбились, но остальные поселения мы взяли и выгребли оттуда все, что не было прибито гвоздями. И в одном из домов мои бойцы обнаружили вот это чудо… Или чудовище — тут уж как посмотреть.

Как только старый лесной тролль развернул последнюю тряпку, у Мор'Джина появилось стойкое желание оказаться как можно дальше отсюда — среди вороха зачарованных тряпок лежал огромный, грубо сделанный тесак из незнакомого молодому вождю металла. Длинное лезвие оружия было покрыто алыми рунами, от которых исходила аура ярости, злобы и невероятной кровожадности.

— Когда воины Амани перебили большую часть защитников того городка, на который мы напали, я заметил, что среди захваченных пленников как-то подозрительно мало девок и детей — сплошь мужики одни. Когда мы перевернули все вверх дном, то нашли один дом, в подвале которого остроухие своих баб с отродьем и спрятали. А на страже там какого-то старого дедка оставили. И бойцом эта развалина оказалась настолько лютым, что пятерых наших положила за пару мгновений. Ну я и тряхнул стариной…. — Зул'Джин довольно оскалился и продемонстрировал металлический протез, на котором появилась пара свежих царапин. — Вырвал ему сердце прямо на глазах у этих перепуганных куриц. Хорошая была драка… А в вещах этого остроухого потом нашлось вот это сокровище — меч одного из воинов племени Пылающего Клинка.

— Знакомое название, но я никак не могу вспомнить, где его слышал. — Активировав магическое зрение и напитав кончик ногтя энергией смерти, рослый некромант провел им по лезвию тесака, после чего мысленно хмыкнул — на покрытом рунами металле не осталось даже царапины. Несмотря на примитивный внешний вид, принесенный старым троллем меч был первоклассного качества и обладал огромной прочностью как в материальном спектре, так и в энергетическом. Причем качественным он был даже по меркам самого Мадаава, который, будучи мастером кузнечного дела, имел очень высокие стандарты. — Одно из ваших племен?

— Не наше — орочье. Были у Оргрима одни кровожадные ребята… Во время Второй Войны эти безумные мясники перерезали раз в десять больше врагов, чем Амани, хотя числом нас будет втрое больше. — Поморщился старый лесной тролль. — Большего про них не расскажу — общаться с кем-то из этой братии было сложно, но пользу они приносили приличную, этого не отнять. Правда, владельца этого клинка скорее всего прикончили, раз меч попал в руки остроухих — я слышал, что воины этого клана никогда не расставались со своим оружием добровольно и получить его можно было только после убийства предыдущего владельца.

— "Безумные мясники"? — Вопросительно поднял бровь седой чародей, закономерно удивившись тому, что свирепый вождь Амани кого-то наградил подобной характеристикой. — И в чем выражалось их безумие?

— Если Молот Рока вовремя не кидал их на врага, то они вполне могли начать резать своих же. Обычные орки тоже были довольно кровожадными, но конкретно этим дуралеям ярость последние остатки мозгов выжгла. Ничего не хотели видеть, кроме сражений и резни.

Взяв клинок в руки, Мадаав сделал им пару взмахов и неопределенно хмыкнул — несмотря на приличный вес и большие размеры, меч порхал в воздухе с такой скоростью, будто бы он был сделан из бумаги. Оружие явно рвалось в бой и седой некромант даже без подробного изучения орочьего тесака мог назвать причину этого — от покрытого алыми рунами лезвия отчетливо несло Скверной демонов, а колдовские узоры, выгравированные на поверхности широкого дола, придавали клинку сходство с Ледяной Скорбью.

" — Руническая цепочка на лезвии мне незнакома, но судя по манере нанесения и энергетике оружия — он усиливает свои боевые качества, когда проливает кровь врагов и поглощает их жизненную силу. Для работы с душами слишком длинная и запутанная схема зачарования… Как магический инструмент этот меч совершенно бесполезен, но зато при постоянной подпитке его практически невозможно сломать." — Некромант резко ударил по стоящему рядом каменному креслу и орочий тесак прошел его насквозь, вообще не встречая сопротивления — верхняя часть наскоро трансмутированной мебели медленно сползла вбок и с грохотом упала на пол под удивленным взглядом Мор'Джина и самодовольным — Зул'Джина. — Неплохая острота… Я принимаю твой дар, вождь Амани.