— Мои мотивы не должны тебя волновать. — Небрежным жестом отмахнувшись от любопытствующего остроухого, уроженец Хай-Рока повернулся к Вигону, который первым спросил у седовласого гиганта.

— Господин, я надеюсь, вы не собираетесь оставлять это поселение без защиты? Если вы заберете с собой всех наших воинов…

— Уймись. — Взмахом руки Грегор наложил на немолодого солдата чары молчания, которые заставили его затихнуть. — Раз ты так переживаешь за сохранность этих людей — останешься здесь, вместе со всеми бойцами. Тем более Мор'Джинна я отослал с поручением, и за главного в поселении в любом случае нужно кого-то оставить. Продолжай тренировать бойцов и следи за порядком. До тех пор, пока я не вернусь — сам никуда не лезь и копи силы. Нам пока рано замахиваться на что-то серьезное…

— Господин Мадаав! — Фанатичная служительница света вновь вмешалась в речь седого бретонца. — Если вы так хотите сразиться с Плетью — мы можем отправиться в Стратхольм! Там как раз есть старшие члены Ордена, которые являются опытными паладинами, что сражались во время Второй Войны и с орками, и с контролирующими их демонами! Если вы вступите в Алый Орден, то они точно не откажутся обучить нового рекрута и тогда вам не придется помогать этим жалки…

— Жрица, я уже сказал тебе свое решение по поводу вступления в ваш культ и сейчас ты начинаешь испытывать мое терпение. — Перебив Вайтмейн, уроженец Хай-Рока встал с созданного магией костяного кресла, подошел к служительнице Света, что с испуганным видом вжалась в стену и вцепилась в свой посох, а затем взмахом руки создал вокруг них темный, непрозрачный барьер, что скрыл их от остальных и заглушил любые звуки, исходящие как снаружи, так и изнутри. — Я надеюсь, что слепая вера не затмила в тебе разум окончательно и мои слова его все-таки достигнут… Подумай вот о чем. Падший Принц, главная ударная сила Плети — сейчас находится в Кель-Таласе и если мы примем предложение этой… Сильваны, то вероятность того, что мы с ним столкнемся, становится крайне велика. Убив этого рыцаря смерти, мы поможем не только эльфам, но и тому, что осталось от Лордерона.

— Вы хотите лично покарать Падшего Принца?

— Таков план. — Совершенно искренне признался уроженец Хай-Рока, умолчав о том, что убить сына Теренаса Менетила он хочет лишь потому, что Артас является: во-первых — его прямым конкурентом, а во-вторых — весьма умелым полководцем, который быстро завоюет весь Кель-Талас, если его вовремя не остановить.

— Это… Это… Это дело достойно истинного последователя Света! — Неожиданно выкрикнула Салли, уставившись на Грегора настолько фанатичным взглядом, что тому стало слегка не по себе. К тому, что его ненавидят и постоянно пытаются убить, некромант уже давно привык, но вот обратная реакция была для седого бретонца нестандартной, а потому подобное поведение Вайтмейн его немного напрягало. — Я отправлюсь с вами и помогу вам в этом нелегком, но правом деле!

— Это… Приемлемо.

Поначалу рослый бретонец планировал оставить развратно одетую жрицу в поселении, чтобы она не мешала ему в Кель-Таласе и не раздражала чародея своим присутствием. Но после некоторых размышлений, Мадаав решил взять фанатичную служительницу Света с собой: спокойно сидеть на месте Салли не умела, а лаборатория, в которой Грегор создавал свою армию мертвых, была спрятана не слишком хорошо и в своих поисках еретиков, Вайтмейн вполне могла наткнуться на тайное убежище некроманта.

Правда, в случае общения с кель'дорай эта бесцеремонная особа точно также могла настроить их против рослого чародея. Недавний случай в купальне уверил колдуна в излишней рьяности девушки, а потому Мадаав решил слегка подстраховаться на такой случай и лишний раз напомнить Салли о сохранении внешних приличий.

— Предупреждаю тебя заранее — не надо провоцировать эльфийских следопытов и лезть к ним без веской на то причины. Церковь Света у них вроде присутствует, но я сомневаюсь, что кто-то из кель'дорай будет рад, если ты начнешь проповедовать, скажем, когда они будут мыться…

— Господин Грегор! — Возмущенно запыхтела служительница Алого Ордена, которая при упоминании недавних событий начала изображать из себя помидор. — Тот случай был случайностью и только! Я бы ни за что не пошла в ту пристройку, если бы знала, чем вы там заняты!

— А в мире существует много занятий, которыми люди могут заниматься в купальне? — Вопросительно поднял бровь седой бретонец, которого слова фанатичной жрицы не то, чтобы сильно убедили. В последнее время Вайтмейн слишком часто пыталась подсесть ему на уши и слишком развратно одевалась, чтобы её можно было выбить из колеи видом голого мужчины. Пусть и такого крупного, как Грегор.

— Да не знала я, что вы там моетесь! — Смущенная до предела девушка накрыла покрасневшее лицо руками, чтобы не видеть стоявшего рядом некроманта. — Просто один из ваших орков сказал, что "господин на заднем дворе", а что там находиться купальня — он меня не предупредил! И прошу вас, хватит напоминать об этом! Мне и так неловко, когда я вспоминаю о… — На секунду служительница Света осеклась и закончила конец фразы уже намного тише. — О вашем омовении.

— Допустим. — Ничуть не изменившись в лице ответил седой бретонец, про себя отмечая, что жрица Алого Ордена действительно может и не врать. Все-таки с местными порядками чародей из Хай-Рока был знаком крайне поверхностно, а Вайтмейн к тому же была еще и практически ребенком — точного возраста Салли некромант не уточнял, но если судить только по внешности, девушке было не больше двадцати, да и то с натяжкой. — В таком случае постарайся, чтобы у тебя просто не возникло проблем с эльфами. Нам предстоит вместе сражаться с Плетью и сейчас они вынужденные, но все же союзники.

— Не волнуйтесь, господин Мадаав… — Кое-как отойдя от смущения, Вайтмейн громко выдохнула и вернув себе вид гордой служительницы света, степенно кивнула. — Пока мы выполняем угодное Свету дело и бьемся плечом к плечу против сил зла, я приложу все усилия, чтобы помочь вам в этом праведном деле!

" — Святая наивность… Знала бы ты, какое я на самом деле чудовище — первой бы попыталась отправить меня на тот свет." — Мысленно усмехнувшись, Грегор убрал подавляющий звуки барьер и спросил у вопросительно смотрящего на них следопыта.