Теперь уже Волчонок залился краской и, казалось даже уменьшился в росте.

— Вот оно как. Ребятки, а вы уверены, что церковник на корабле тут я? — переводя взгляд с одного на другого, спросил монах.

Оставшаяся неделя полета до верфи прошла буднично. До прибытия оставалось меньше суток пути и корабль начал плавно сбавлять скорость. Экипаж все это время следил за состоянием корабля, по возможности подготавливал его к модификациям. Наемники от нечего делать так же участвовали в процессе. Фрэд и Кара помогали в обустройстве гидропоники. Филиция написала программное обеспечение для будущих гравитационных панелей, рассчитав все таким образом, что они теперь почти полностью смогут гасить нагрузку при скачке. Чип помогал Марку с проектными чертежами.

Рабочую обстановку на корабле время от времени нарушали Синь и Сизый. Пиротехник, которого не так давно избавили от зависимости Айва и Кавил, посвятил все своё свободное время попыткам убить метаморфа. Остальное время он посвящал подготовке этих самых попыток. Это были и банальные нападения из-под тишка с острыми предметами, и попытки отравить метаморфа, придушить стропой, разгерметизировать шлюз, пристрелить, уронить на него что-либо со второго яруса кают компании… Но что бы Синь не делал, Сизый не только не получал от его попыток значительного урона, но и не воспринимал его потуги всерьез, воспринимая происходящее за дружеские утехи. Предприимчивый Марк даже организовал тотализатор принимая ставки на то, сможет ли пиротехник добиться своего, после какой попытки он уймется и угробит ли в конце концов его самого метаморф, когда наконец осознает, что тот представляет для него угрозу. Пока ожидаемо побеждал букмекер, соблазняя экипаж на все новые и новые ставки солидно накопившемся джекпотом.

— Капитан, там по внешней связи запрашивают Волчонка. — отрапортовал Фидель.

Геральд, сидевший в это время в столовой с Волчонком, Дионисом и Айвой, даже поперхнулся травяным чаем, который для них заварил монах. Последний все же освоил кухонный комбайн и по мере возможности и запасов продуктов на корабле старался разнообразить экипажу рацион. Это были и вечно пережаренные яичницы, и пересоленные и пересушенные пироги, и рагу из грызунов с комками шерсти. А после того, как он наладил отношения с Вори — агрономом звездочетов — прибавились и травяные чаи, основу которых представляла соломенная подстилка для клеток скотины, скромно разбавленная в гомеопатических дозах полезными травами Вори. Не смотря на то, что сам экипаж с большим удовольствием потреблял сублиматы и приходил в тихий ужас от стряпни Диониса, они все же ели приготовленную им еду. Как минимум когда не могли найти достойного повода этого не делать. Но был среди них человек, которому его готовка пришлась по вкусу. И им был капитан. Он с истинным наслаждением употреблял все, что готовил Дионис. И экипаж довольно быстро смекнул как избавиться от своей порции приготовленной монахом стряпни. Но Геральд физически не мог съесть все порции, поэтому команда составила график кто и когда радует капитана добавкой. Более того, это стало среди них некой валютой. “Сделай мне одолжение и завтра отдашь свой обед капитану на добавку вместо меня” — эта условная единица была даже более весомая, чем слиток редкоземельного металла.

— В смысле? Кто такие и чего хотят? — уточнил у пилота капитан.

— Говорят его бывшие коллеги. Интересуются погодой. — ответил Фидель со смешком.

Беседа между ними шла по общему каналу и всё слышавший Волчонок быстро вскочил с места и побежал в рубку. Геральд обвел непонимающим взглядом монаха и медика, те в ответ лишь пожали плечами, давая понять, что сами удивлены поведением парня.

— Пойду ка я тоже в рубку. — поднялся с места капитан и вышел из кают компании.

— А что такое погода? — спросила Айва у Диониса, который в это время задумчиво изучал чаинки в своем стакане и не с первого раза услышал вопрос медика.

— Что? Погода? А ты не знаешь? А, ну да. Ты же на поверхности, наверное, и не была никогда. Вот что, у меня в каюте хранятся книги из библиотеки, их туда Курт с Волчонком перенесли, когда освобождали место под гидропонику. Там есть книга с иллюстрациями по метеорологии. Пойдём я тебе покажу!

— Отличная погода на высоте… — начал диктовать пароль в микрофон Волчонок, но голос из динамика его перебил.

— Да да, двести ярлей, два каната. Какого вакуума я должен гоняться за тобой по все галактике?!

— И я рад тебя слышать, Гилберт. Как сам? Как у сына дела? — Волчонок говорил наигранно спокойным голосом, но сидящий рядом Фидель видел, как побелели костяшки пальцев руки, которой он сжимал микрофон внешней связи и как играли желваки у него на лице.

— Скоро мы обсудим это с глазу на глаз, господин Волчонок. И много чего еще. Разговор будет длинным. — ответил незнакомый парню голос.

— Что там? — спросил появившийся в рубке Геральд.

— Куратор Хрона Барса с пасынком. Как только нашли? Хотят поговорить. — задумчиво ответил Волчонок, прикрывая микрофон рукой.

— Эво как. И что? Будем? — почёсывая аккуратную бородку, уточнил капитан.

— Я полечу один. Здесь и расстанемся. — поднял глаза на напарника парень.

— А смысл? — не понял намерений Волчонка Геральд.

— Ну так вы будете меньше втянуты в эти интриги. — предположил Волчонок.

— На сколько меньше? Достаточно, чтобы они за нами потом не гонялись? — с сомнением в голосе уточнил капитан — Да и к тому же мы не кисло закусились с безопасниками, так что одним надзорным органом во врагах больше, одним меньше, нам это погоды не сделает.

— Мне так будет спокойней. И я смогу лучше контролировать ситуацию, если буду один и не буду отвлекаться на вашу безопасность. — привел аргумент парень.

— Не сложно догадаться, что мы летим на верфь. Особенно учитывая, что они нас нашли в целом космосе, а мы, на минуточку, идем в серую, без пеленга и включенных маяков.

— Вам ничего не угрожает. — вмешался в разговор появившийся в дверях Влас — Тем более вы сами намеревались вступить в ряды Хранителей. Можете считать этот разговор собеседованием.