— А вот еще, — сказал он, показав в другую сторону. — Другой пример.

— Ага, — сказал Споффорд.

— Эта женщина — мой новый босс, — сказал Пирс, — и ее тоже зовут Роузи.

— Розалинда, — сказал Споффорд. — Я слышал об этом. Ты работаешь на Фонд.

— Ты уже в курсе?

Роузи Расмуссен помахала им рукой; за ней, страшно торопясь, бежал ребенок лет двух-трех. — По-моему, я и с ней тоже знаком.

— Да, — сказал Споффорд. — Я вас знакомил. Разве нет? А может, и нет. — Он собрался было еще раз посмотреть назад, на черный воздушный шар на летном поле, но потом, похоже, передумал. — Но говорить-то я тебе о ней точно говорил. О планах и прочем. Роузи. Роузи Мучо.

Он пустился вниз по лугу туда, где карабкался по склону златокудрый ребенок. Пирс не пошел за ним. Он тоже чуть покосился в сторону той Розы, которая осталась позади, Роз Райдер; а потом передумал и снова повернулся к Роузи, к той, что впереди.

— Ничего слушать не желает, упрется, и все тут, — сказала Роузи Споффорду.

Они вместе вели Сэм за руки. Сэм путалась в траве, которая была ей по колено, и вид у нее был совершенно несчастный.

— Папа без тебя не полетит, маленькая, — сказала ей Роузи. — Не беспокойся.

Споффорд, улыбаясь, поднял хнычущую Сэм себе на плечи, но и оттуда она продолжала с картинным трагизмом тянуться вдаль к отцу.

— Собралась покататься на шарике, а, Сэм? — спросил Споффорд.

— Ужас какой-то, — сказала Роузи. — Только об этом и думает. Да я бы на ее месте обделалась со страху.

Споффорд расхохотался, и его рокочущий смех успокоил сидевшую на плечах Сэм.

— Эй, — сказал он тогда, повернувшись к Роузи. — Извини, что на игру не приехал.

— Да ладно.

Пирс Моффет, с серьезным видом стоявший чуть выше по склону, приветственно поднял руку.

— Так что это за большой проект? — спросила она. — Ты говорил, у тебя появился какой-то план.

— Это насчет овец, — сказал Споффорд. — Потом расскажу. Я говорил с Бони. Ему понравилось.

Пирс, который держал руки в карманах и смотрел на нее отстранение, когда они с ним поравнялись, выглядел еще более обалдевшим, чем в тот первый день.

— Привет, — сказала она. — Ты ведь никогда не видел мою дочь Сэм, правда? Саманта, поздоровайся, маленькая, ой, только не надо опять плакать…

Пирс уставился на Сэм, ехавшую на Споффорде. Может, обалделость была его обычным состоянием — или настроением: он выглядел так, словно только что проснулся в чужой койке и не мог понять, как он там очутился. Хорошая койка, чужая комната. Это казалось даже по-своему трогательным.

— Ну что, — сказала она. — Завтра опять поедем? К старику Крафту?

Пирс в ответ долго смотрел на нее: изучающе, как глухой; потом наконец сказал:

— Да. Да, конечно. Если можно.

— Я еще раз поговорила с Бони, — сказала Роузи. — Знаешь, он очень заинтересовался твоей… ну, тем, над чем ты работаешь.

— Похоже, что так, — сказал Пирс.

— Он велел передать тебе, чтобы ты подал заявку на фант. От Фонда Расмуссена. — Она вдруг почувствовала себя нелепо, словно играла роль в каком-то телефильме: героиня, переворачивающая чью-то бесхитростную жизнь. — И еще он велел мне глаз с тебя не спускать.

— Даже так?

— Серьезно. Это неплохие деньги.

В это время с шара, беспокойно дергавшегося на швартовах на склоне холма, Майк позвал Роузи. Споффорд уже нес Майку его дочь.

— Слушай, — сказал Пирс, видя, что они отстали. — Можно тебя спросить?

— Ну конечно. — Ей показалось, что Пирс отстал намеренно и что на холм он поглядывает как-то удивленно.

— Тот мужчина на воздушном шаре — твой бывший муж?

— Да. А если разобраться, так и не бывший.

— А женщина с ним на шаре — это его теперешняя жена?

— Роз? Нет. Просто подруга.

— Ага.

— Я его первая и единственная. Пока что.

Огромный черный шар, казавшийся еще огромнее, если заглянуть снизу в зияющую внутри пустоту, похожий на огромного надувного клоуна, промялся от порыва ветра; самая подходящая погода для воздухоплавания уже закончилась. Споффорд вручил Майку его дочь; вцепившись руками и ногами в отца, она теперь уже не выказывала такого желания лететь.

— О'кей, о'кей, — кричал загорелый тощий шкипер с огромной старой мотоциклетной крагой на одной руке. Он организовал близстоящих, включая рослых Пирса и Споффорда, в стартовую команду, которая должна была навалиться на корзину, прижать ее к земле и отпустить по его команде.

— Майкл, — сказала Роузи. — Ты получил извещение?

— Да.

— Я тоже.

Как раз сегодня.

— Ладно, Роузи, ладно.

Рукой в перчатке воздухоплаватель потянул за веревку горелки, как машинист, дающий свисток, или кондуктор трамвая, но раздавшийся шум был оглушительным, как взрыв. Корзина поднялась в воздух, повернулась, в результате перед лицом Пирса, приготовившегося навалиться на корзину, оказалась женщина по имени Роз.