После Сонхи измерила его параметры – рост, вес, обхват талии и бедер, аккуратно записав их на планшете. Ну и потом уже приступили к совсем уж к рабочим нюансам. Про то, что в воскресенье нужно все отрепетировать, зал Сонхи уже арендовала. А записывать видео будут постепенно, в несколько заходов в течение недели. Локации выбрали сразу из того, что удалось найти, танцы придется подбирать под локации, а не наоборот. Есть зал, который удалось забронировать на утро вторника. И еще нужно снять квартиру, нужны панорамные окна и большая кухня. Фотостудия – тоже неплохо, у Дана уже была одна на примете. Ну и, желательно бы, снять что-то на улице, в городской среде. Минсок сам предложил одно видео сделать в его районе. Сначала даже хотел у их дома, но Дан решительно пресек:

– Чем меньше людей знают, где именно ты живешь, тем безопаснее для тебя.

Минсок опешил на секунду, но потом мигом накатило осознание: а ведь действительно. Ненормальных хватает, мало что может кому взбрести в голову. Даниэль вот не хочет светить свою квартиру, хотя у него охрана на входе, а Минсок готов был легко сделать общедоступным адрес своего хлипкого дома.

На все обсуждения и планы ушло больше четырех часов, голова казалось тяжелой от мыслей, но при этом безумно хотелось уже приехать домой и начать действовать. А еще безумно хотелось курить, но потерпит уже до дома.

Выходил от Даниэля он вместе с Джуном, который и должен был его отвести домой.

– Сколько тебе лет? – внезапно спросил этот парень.

– Двадцать, – легко ответил Минсок.

Обычно возраст оглашают сразу, но сегодня было немного не до этого.

– Всего на два года меня младше, – вздохнул Джун.

Машина у него небольшая, но новая. Когда Минсок пристегнулся, Джун нежно погладил руль автомобиля:

– Дядя отдал. Сказал – вложение в мое будущее. И представляешь – прав оказался. Благодаря тому, что есть на чем ездить по городу, меня взяли менеджером.

Минсок улыбнулся. Джун ощущался словно моложе его. Пока ехали до дома, удалось кое-что вызнать. Единственный ребенок у родителей. Сообразительный, но не блещущий умом. В целом, как и Минсок. Только Джун поступил в колледж не кулинарию изучать, а менеджмент. Устроиться после колледжа сразу к айдолу очень сложно. Сначала нужно с год стажироваться практически волонтером, за мизерную плату. А тут в их компанию приходит Сонхи, с порога заявляет, что срочно нужен парень с правами и личным авто, готовность работать сверхурочно и таскать тяжелое крайне необходима.

– Я кричал громче всех, – расхохотался Джун. – Сонхи сначала смерила меня таким взглядом, что думал – все, такой крикливый им не нужен. А она наоборот – вот этот дерзкий, давай первого опрошу. И сразу взяла. Повезло же, скажи?

Он так явно светился от счастья, что даже Минсок не мог не улыбнуться. Смешной в чем-то. У него блокнот с Наруто и фигурка Пикачу на брелке ключей. Минсок тоже любит аниме, но говорить об этом с Джуном не хотелось. Просто подумалось, что нечто вроде сказки происходит не только в жизни Джуна, но у него: получил возможность танцевать и получать за это деньги. Дан предупредил, что не сразу – сначала рекламодатели должны немного раскачаться – а потом это вполне реально. А тут еще рядом Джун сияет так, будто лампочку проглотил. Энтузиазм только что через край не плещется. Задание забрать какую-то одежду после того, как отвезет Минсока, воспринимает как увлекательное приключение.

Но не Минсоку его судить. У него прям зудит под кожей, так хочется уже закрыться в комнате и начать придумывать движения. Несколько корейских песен, несколько иностранных. В голове толкались идеи и хотелось поскорее уже танцевать.

[*Хочу немного объяснить то, что писала от лица Минсока в начале главы. Скорее всего, вы тоже знаете об этой психологической особенности, но в данном случае велика вероятность списать все на мистику и фантастику)). Минсок ничего не вспомнил и его расположением к Дану руководит интуиция, а не что-то магическое.

Наш жизненный опыт натаскивает наше сознание, чтобы оно различало плохих и хороших людей в соответствии с прошлыми случаями. И эти знаки мы воспринимаем невербально, часто даже не можем объяснить, почему этот человек кажется нам подозрительным. А на деле может оказаться, что у этого человека просто глаза такие же, как у врача, который когда-то сказал тебе, что будет не больно, а потом сделал больно. Ты вряд ли поймешь, почему тебе так кажется, но мозг уже все решил. Мы обычно называем это интуицией. Хорошая интуиция – это не магия, а высокий уровень наблюдательности и логичности сознания. Ну и то, насколько сознание успело обучить себя на прошлых случаях. А иногда просто везет, ага.

Но интуиция не всегда опирается на жизненный опыт. Иногда она считывает невербальные проявления эмоций и желаний собеседника. Вроде того, что скрещенные на груди руки воспринимаются как упрямство, а быстрые пугливые взгляды – как признак симпатии. Частично это тоже основано на жизненном опыте, но срабатывает и что-то еще более глубинное, что помогает нам по мелким чертам улавливать оттенки эмоций, которые знакомы по собственному поведению.

Вот у Минсока сработало именно это. Он не может наверняка сказать, почему Дан кажется ему человеком, достойным доверия. Но так как Дан реально был с самого начала расположен к Минсоку, хотел ему понравится и помочь ему, Минсок просто уловил это на глубинном уровне и поэтому ему доверят. Интуитивно. Не магия, а скорее психология.*]