— Сколько тебе нужно?

— Сколько? Как минимум пять тысяч. Но десять будет гораздо лучше.

— Гм-м… Не уверен… Надо подумать.

Дело было не только в сумме денег, которую она просила в долг. Всё это выглядело как-то странно, подозрительно, что ей вдруг понадобились такие большие деньги. К тому же до сих пор она ни разу не упоминала про своего адвоката, который якобы ей не даёт проходу.

— Бенчик, дорогой мой. Мне действительно очень нужны деньги, — она начала гладить ладонью мою грудь, зная, как сильно меня волнует этот её жест. — Ты даже не представляешь, как я мучусь из-за этого долга, — слёзы заблестели в её глазах.

Мне стало её жалко. После недолгого раздумья я отставил в сторону чашку с недопитым кофе. Взял её ладонь и поцеловал кончики пальцев.

— Хорошо.

— Что? Ты готов мне одолжить десять тысяч баксов?

— Да. Когда тебе нужны эти деньги?

— Как можно скорее. Желательно сегодня.

— У тебя есть пейпал?

Она кивнула.

Больше не говоря ни слова, я взял свой телефон.

— Бен, ты представить себе не можешь, как ты меня выручишь, — повторяла она, не отрывая взгляда от телефона в моих руках.

Я начал вводить информацию, чтобы сделать денежный перевод. Эми тем временем, закрыв глаза, что-то шептала. Вероятно, молилась.

Прошло несколько минут. Наконец в тишине раздался щелчок уведомления на её мобильнике.

— О боже! Неужели это правда?! — воскликнула она, увидев на экране сообщение, что деньги переведены на её счёт. Перекрестившись, прильнула ко мне, обхватила мою голову и расцеловала меня. — Бенжи, моя любовь! Ты не только герой. Ты святой, настоящий святой! Я отдам тебе всё, вот увидишь, отдам до цента.

Я обнял её за талию, чтобы притянуть Эми к себе. Но она ловко выскользнула, поднялась и, не слова не сказав, выпорхнула из комнаты. Вскоре я услышал шум льющейся воды в душе. Ожидая её возвращения, я отодвинулся немного, освобождая ей больше свободного места на кровати.

Действительно, приняв душ, она вернулась в спальную. Но, к моему удивлению, она не была раздетой или в своём лёгком светлом халатике, как я ожидал, а уже в юбке и в лифчике, застёгивая на ходу блузку.

— Ты уходишь? — спросил я с удивлением. — Но почему? Я рассчитывал, мы проведём вместе выходной.

— Нет, сегодня не получится. К сожалению, у меня накопилась куча неотложных дел по хозяйству, я должна уйти.

— Куча срочных дел? Какие это дела? Минутку, — я поднялся. — Это странно. Ты никуда не пойдёшь.

— Почему это я никуда не пойду?

— Потому что я так сказал. Я должен знать, что случилось.

— Перестань, — она направилась из комнаты. — Мы поговорим в следующий раз. Я тебе потом всё объясню.

— Нет, я серьёзно. Ты никуда не пойдёшь, — я стал в дверях, заблокировав ей выход, прислонив раздвинутые руки к дверной раме с обоих сторон. — Я хочу знать ответ здесь и сейчас.

— Прекрати. Не веди себя как дурак. Я тебе сказала: завтра я тебе всё объясню.

— Скажи правду, куда ты сейчас идёшь? Скажи мне правду! Зачем тебе нужны были деньги?

— Не твоё дело! — она вдруг закричала так, что на её шее вздулись жилы. — Дай мне выйти!

Мой гнев был вызван не только тем, что я сейчас столь бездумно отдал ей деньги, но и тем, что я почувствовал себя обманутым. Было очевидно, что она скрывает от меня правду.

И вдруг мне стало ясно — мы сейчас расстанемся! Эта мысль, вернее, предчувствие, сверкнула словно молния в моём сознании.

Опустившись перед ней на колени, я обхватил её ноги.

— Останься со мной! Я не хочу, чтобы ты уходила!

— Прекрати этот спектакль! Дай мне выйти! Эй, эй, что ты делаешь?! А-а!..

Крепко, насколько мог, я прижал её бёдра к себе, затем поднялся с коленей, оторвав Эми от пола. Перегнувшись на моём плече, она стала колотить кулаками меня по спине.

— Гад! Гад! Животное!

Но я нёс её к кровати, ощущая себя древним римлянином с известной скульптурной группы «Похищение сабинянок».

…Через некоторое время мы лежали с ней на кровати друг возле друга. В комнате были видны следы недавней борьбы: одежда, одеяло и подушки валялись на полу, простыня на кровати была скомкана.

— Я хочу тебе сказать, Бенжи, ты не только герой и святой. Ты ещё и fucking дикарь, — недолго помолчав, она продолжила. — Ещё совсем недавно ты божился, что больше никогда меня не обидишь. И уже забыл. Ты даже не представляешь, какую боль ты мне сейчас причинил. А говорят, что только чёрные мужчины насилуют белых женщин. Что ж, теперь я могу уйти от тебя со спокойной душой.