Песня закончена. Я выдыхаю.

И где были мои глаза, когда тыкала в эту песню?

Телефон вибрирует, а на экране зажигается имя моего жениха.

Жениха…

Беру себя в руки и, схватив телефон, выхожу из зала, чтобы ответить на звонок. В спину бросаются жалостливые взгляды подруг. Ну конечно, мое подавленное состояние сложно не заметить. А если сложить все составляющие, можно понять причину.

Бывший муж, который вновь ворвался в мою жизнь.

– Слушаю, – устало отвечаю.

– Привет, – вдруг ласково говорит.

Он был обижен. Его игнор – очередное наказание, из которого я должна была вынести какой-то урок.

– Привет, – отвечаю.

Оскар все-таки набрал мой номер первым. Значит, готов к примирению. У нас свадьба через месяц. Платье уже куплено, ресторан заказан. Приглашения высланы.

– Ты как? – спрашивает спустя несколько секунд.

Стараюсь найти место потише, но везде шум. Голова раскалывается от него. А после выпитого бокала на голодный желудок картинка начинает плыть.

– Хорошо. Ждала, когда ты мне позвонишь.

– Я думал, позвонишь мне ты… – снова с претензией отвечает, – а … ты где? Не дома? В такой час?

Быстро отнимаю телефон от уха. Время – одиннадцать. Не прям уж так и поздно, учитывая, что мне не шестнадцать лет.

– Мы с подругами в караоке решили сходить. Сегодня пятница, захотелось передохнуть после рабочей недели.

– Ты мне не говорила, что хочешь отдохнуть так.

Оскар не одобряет все эти походы в клуб. Не знаю, какая история у него за этим скрыта, но мои посещения всегда воспринимались им если не в штыки, то крайне неодобрительно.

– Так ты и не спрашивал, как мне хочется отдохнуть.

Алкоголь придает смелость, перестаю видеть границы.

– Где именно ты? Я подъеду и заберу. Все равно только из офиса выезжаю.

– Так поздно?

Мой вопрос отчего-то без ответа.

Кладем трубку. Вроде и примирительный разговор, но вот послевкусие у него поганое. Как тухлая рыба, которую нам подсунули на той самой дегустации. Макс говорил, что мне показалось, а во рту отчетливо ощущался вкус мерзкой, вонючей рыбы.

Как и сейчас.

Прощаюсь с девочками, оставляю их одних и, забрав верхнюю одежду из гардероба, сразу выхожу на улицу.

Можно и на такси уехать домой, избежать встречи с Оскаром.

Я бы так поступила раньше. Макс называл это “проявить скверный характер”. И из какой-то вредности к своему прошлому, я остаюсь ждать Оскара.

Потому что изменилась. Я стала другой.

Отчаянно хочется в это верить.

Машина Брандта подъезжает спустя несколько минут. Он действительно был где-то рядом. Его офис находится в двух станциях метро от этого клуба.

Не врал, выходит.

Черный “Майбах” останавливается около меня. Хватаюсь за ручку, чтобы уже открыть дверь.

– Оля, подожди. Там занято, – Оскар быстро вскакивает с водительского места и обегает машину.

Меня обдает арктическим холодом от всей этой ситуации. За спиной стягивается липучее предчувствие, но я не могу понять, откуда оно исходит, где его источник.

Будущий муж останавливается близко ко мне, аромат туалетной воды смешивается с воздухом, и я непроизвольно вдыхаю его.

Стискиваю пальцами ручки маленькой сумочки и жду его объяснений. Они же будут?

– Садись на заднее, пожалуйста, – просит как бы вежливо.

Но взгляд строгий.

Ослушаться? Закатить скандал? Накричать? Потребовать объяснений?

Прошлая Ольга бы поступила так.

Я же делала так с Максом.

Но сейчас я коротко киваю, позволяя Брандту открыть передо мной заднюю дверь, и присаживаюсь.

В салоне тепло, пахнет горьким свежемолотым кофе и… женскими духами.

Ключица ломается от тяжести этих запахов, а вдоль ребер расползается гнетущее чувство.

– Привет, Ольга.

Я падаю. Моя душа замирает в этом мгновении и кидается на обломки из стекла, которые вонзаются, нисколько не щадя.

Боже, как все путается. Я маленькая мошка, которая угодила в липкую паутину.

– Ксения? Ты… ты…

Водительская дверь открывается, Оскар присаживается за руль и плавно стартует с места.

– Ольга, познакомься, это Ксения, руководитель PR-службы моей компании.

– Мы знакомы.

Брандт если и догадывался, то не подает виду. Уж не знаю, как можно было взять на работу человека с фамилией Кречетова, когда у его будущей жены такая же, и не задаться вопросами. Оскар же не идиот, мог сообразить что к чему.