— Не твое дело.

Его волосы развевались на ветру.

— Я заявил на нее права и сформировал связь. Она моя.

— Михаэла забыла упомянуть об этом.

Робин ждал, но, похоже, Рэйвен больше не собирался как-то комментировать их отношения.

— Расскажи о своей матери, — почти незаметное вздрагивание сказало Робину все, что ему нужно было знать. — Я помогу, если ты позволишь.

Рэйвен взглянул на Робина через плечо.

— План был прост. Отвлечь великого Хобгоблина и убить его, если это вообще возможно. Позволить ее агентам приступить к первоначальному плану. Завербовать принца или убить его при категоричном отказе.

Робин кивнул.

— Я так и предполагал. Каков истинный план королевы?

Рэйвен пожал плечами и повернулся обратно к городу.

— Не знаю. Задание возложено не на меня. Нас никогда не информируют о миссиях друг друга, чтобы при поимке никто не раскололся, — он глубоко вздохнул. — Ты спас принца.

— Да.

Голова Рэйвена поникла.

— Тогда все было напрасно. Она мертва. И это моя вина.

— Ты не можешь знать наверняка.

Рэйвен покачал головой.

— Ты даже не представляешь. Она хреново относится к неудачам. Ты жив, а мальчик свободен. Следовательно, моя мать мертва. Все остальное не имеет значения. Даже если ее главная цель удастся, я потерпел неудачу.

— Вот только я хорошо ее знаю. Она была невестой моего короля на протяжении многих веков, — Робин зашагал вперед, пока не встал плечом к плечу со своим сыном. Мальчик был выше и шире его, но не настолько, чтобы Робин чувствовал себя карликом. — Если ты уверен…

— Да.

Робин кивнул.

— Значит, месть?

— Против нее? — губы Рэйвена изогнулись в насмешливой пародии на улыбку. — Я хочу видеть, как ее ручные демоны будут пировать на ее же внутренностях.

— Итак, месть, — Робин был более чем счастлив помочь в этом Рэйвену.

Они молчали несколько мгновений, прежде чем Рэйвен тихо заговорил:

— Позаботься о ней, или я заберу ее.

Робин улыбнулся. Мальчик был упрям, напоминая Робину себя.

— Ты попытаешься, но потерпишь неудачу.

Кривая ухмылка Рэйвена немного смягчилась.

— Думай как хочешь.

— Я точно знаю.

Плечо Рэйвена коснулось его плеча.

— Черная Королева скоро призовет нас.

— Наказание?

— Скорее всего, пытку продумали заранее.

Робин сжал руки в кулаки. Он очень сомневался, что Титания выбрала одно наказание. Речь шла о долгих часах в муках.

— Останься.

Рэйвен хохотнул.

— Чтобы смотреть, как ты занимаешься любовью с единственной женщиной, на которую мне когда-либо было не наплевать?

Робин выгнул бровь.

— Я не приглашал тебя в свою спальню, дорогой мальчик. Лишь в мою жизнь.

— То же самое, — Ворон еще раз коснулся плеча Робина. — Ты бы допустил меня до своего драгоценного короля?

Робин глубоко вдохнул и выдохнул облачко пара. Зловоние Титании было совсем слабым, практически не скрывая аромат чистого, свежего воздуха и самого Хоба. Не самый чистый запах, который когда-либо вдыхал Робин, но у мальчика не было никаких реальных связей с Черными, кроме принудительного общения с Титанией.

— Да.

— Шутишь?

В потрясении в голосе Рэйвена не было ничего удивительного. Что еще знал мальчик, кроме недоверия, прочно укоренившегося в предательстве?

— Ты действительно думаешь, что преданный агент Черных сможет обмануть Хоба? — Робин повернулся и провел темным ногтем по щеке сына, пустив кровь. Он слизнул капельку с края когтя.

Робин чуть не грохнулся в обморок от облегчения. Мальчик был чист. В его крови не было никакой примеси и мерзости, которая могла бы испортить соленый привкус.

— Чтобы одурачить меня, Рэйвен, нужен кто-то посерьезнее тебя. Ты не настоящий агент Черных, каким был твой брат.

— Хобарт не был моим братом.

Робин понимал, почему он отказывался от родства.

— Как скажешь.

— Ты любишь ее?

Робин удивленно моргнул.

— Кого?

Ворон покачал головой.

— Когда я спросил ее, то она даже не замешкала, — он пристально посмотрел на Робина. — Достоин ли ты ее?

Робин наклонил голову. О чем говорил мальчик?

— Полагаю, ты имеешь в виду Михаэлу.

Рэйвен резко кивнул.

— Она принадлежит мне, а я — ей, — Робин не собирался обсуждать свои чувства. Даже с собственным сыном. Только с Михаэлой он мог поделиться своими самыми сокровенными мыслями.

Рэйвен снова повернулся к горизонту.

— Она любит тебя, — он с отвращением фыркнул, а сердце Робин екнуло от радости. — Почему, я не знаю, — парень откинул волосы с лица. — Похоже, сначала ее привлек артистический типаж.

Робин не упустил ни косого взгляда, ни поддразнивающего тона. Легкий намек, но все же он был. Рэйвену не нравилось признание Михаэлы, но он настолько тепло относился к девушке, что смиренно принял ее решение.