— Мы говорили о взрыве в автопарке несколько дней назад, — сказала Лидия. — Уничтожено несколько машин, разрушена заправочная станция.

— Кажется, есть странное предположение, что я имею к этому какое-то отношение. — Присовокупил Блейк.

Халид улыбнулся, и на его смуглом лице блеснули безупречные зубы:

— Помнишь, Блейк, как мы веселились тем летом в Аризоне? Намазывали лица черной ваксой и все взрывали?

— Давай не будем утомлять Лидию рассказами о наших школьных днях, приятель, — сказал Блейк.

Лидия запустила турбины, включила двигатель и грузовик покатился.

— Да, пожалуйста, Лидия, — начал Блейк, запинаясь и тщательно подбирая слова. Что случилось между тобой и Дэйром в ту ночь, когда была украдена табличка.

Лидия посмотрела на Халида:

— Мы с Дэйром любили друг друга. Это было очевидно для всех, не так ли, Халид?

Тот подтверждающе кивнул. Но она уловила его сдержанность, его неуверенность.

— О кей. Может быть, не так очевидно. По правде говоря, я всегда любила его больше, чем он меня. Он был независимым парнем, одиноким парнем, и я знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что не очень много для него значу. Но пока он нуждался во мне, я мирилась с этим. Но в последнюю неделю или около того перед тем, как… его убили… все стало по-другому. Он стал нелюдим, все время нервничал. Я приняла это на свой счет. Он работал допоздна каждый вечер с тех пор, как появился этот мерзавец Морланд, поэтому я пошла к нему на работу. Поставить все точки над и.

Она надолго замолчала и молчала пока Блейк не подтолкну ее:

— И что дальше?

— Дэйр не захотел разговаривать. Он извинился за свое поведение, сказал, что поговорит со мной позже, но сейчас не может. Я думаю из-за Морланда. Он говорил так, словно что-то в этом парне было не так. Так или иначе, он практически вышвырнул меня вон.

— И ты ушла?

— Конечно, а что еще? Я закрыла дверь и вышла на улицу. Некоторое время слонялась вокруг ратуши, но Дэйра внутри не было видно.

Она посмотрела на Халида и чуть было не сказала что-то, но передумала. Знал ли он, что она видела его в тот вечер, в тот момент?

Лидия вздохнула:

— Затем я пошла в «Сосну», и где-то через полчаса узнала эту ужасную весть.

— В чем Дэйр обвинял Морланда?

— Ничего конкретного он не сказал, а теперь отстань, не хочу больше разговаривать.

И Лидия уставилась на дорогу, по ее лицу было видно, что воспоминания дались ей непросто.

Халид задумчиво повернулся к Блейку:

— Ты что-нибудь знаешь об этом Морланде?

— Ничего, кроме официального резюме.

— Он был неприятным человеком. Высокомерная и неискренняя личность. Горький пьяница. И еще кое-что… Знаешь, мне кажется, что Морланд в действительности не был экспертом по культуре X, каковым он себя выдавал. Темная личность. Представлялся типичным ксеноархеологом, озабоченным сохранением природных богатств Марса. Однако когда я упомянул о некоторых археологических находках — оказалось, что он имеет о них весьма смутное представление.

— Ты думаешь, он не был археологом?

— Археологом он был, но поверхностным и о культуре X он мало что знал. А ты знаешь, что Морланд хвастался тем, что отлично стреляет из пистолета?

— Интересно, а ты сказал об этом Эллен?

— Мы не успели договорить, Наш разговор был прерван… — Халид сделал паузу и резко сменил тему. — Как далеко мы находимся от цели? — Спросил он Лидию.

— В пятидесяти километрах. Мог бы и сам посмотреть на экране.

— Она там уже два дня, — сказал Блейк.

— Не волнуйся, Блейк, с ней все будет в порядке.

— Хотел бы я быть таким же оптимистом, как ты.

— Если она пришла в сознание, с ней все будет в порядке.

Блейк и Халид стояли на крутом склоне между вулканами. Весь день дул легкий ветер и следы произошедшего еще не успело занести песком, их можно было рассмотреть в тусклом свете ночи.

— Она очень изобретательна, — сказал Халид.

— И удачлива, — добавил Блейк. — Думаю удача ей не изменит.

Они избегали смотреть друг другу в глаза, пока тащились обратно к марстраку, где Лидия продолжала вращать турбины.

С ней все будет в порядке, но они узнают об этом гораздо позже.

Лабиринт-Сити. Полдень. Солнце в зените. Дует сильный западный ветер.

Марсоплан плавно и изящно поцеловал песчаную взлетно-посадочную полосу, прокатился по ней и остановился перед ангаром проекта терраформирования. Через некоторое время выбежала наземная команда в скафандрах. Спарта указала на свой шлем и покачала головой, показывая, что у нее нет радиосвязи. Наружные двери ангара медленно открылись, и экипаж втащил самолет внутрь.