Ксюша скривилась, но развернулась и отправилась обратно. Я посмотрел ей вслед и вздохнул. Мужик в костюме, охая, встал, подумал, буркнул что-то, вроде “потом подойду” и направился, было, назад к ЗИЛу, но я его усадил напротив, чтобы перед глазами был.

— Девушка твоя? — Подала голос Катя — красивая.

— Заноза моя в заднице, а не девушка — еще раз вздохнул я и повернулся. — Нашел я тебе компанию.

Девчонка вскинула на меня глаза и затарахтела:

— А меня ты спросить не забыл? Я что тебе, игрушка, взял и определил куда и с кем мне ехать?

— Так, стоп, вороные! Ты мне не игрушка, все верно, ты мне никто. И скажи спасибо, что вообще о тебе думаю! — Она скорчила совсем неблагодарную рожицу, но промолчала. — Не нравится мое предложение — вон, все дороги открыты, не смею задерживать.

— Да посмотрю уж, кого ты там мне втюхиваешь — пробурчало это недоразумение и обиженно задрало нос.

С самооценкой у нее явно проблем не было. Или это приключения так повлияли? Да черт с ней, молодая, психика еще гибкая должна быть.

— Вообще-то, это я тебя, скорее, им втюхиваю — оставил я последнее слово за собой.

Через пару минут подошли Ксюша и дед с внучками, с любопытством уставившимися на нас. А Семен брел, опустив плечи и вперив взгляд в землю. Чего это он?

— Вот, товарищи, знакомьтесь — я привстал и замахал руками. — Семен, Маша, Марина, Катя…

— Владимир Игоревич — вставил мужик, задрав руку, как на уроке.

— Не скажу, что приятно, но пусть так. И Володя, но он тут для массовки — тот сморщился. — Нет тут отчеств, у нас как в бане, все равны. Так вот, господа. Есть рациональное предложение…

Собственно, как думал, так и изложил, только не стал, само собой, рассказывать историю Кати. Деда потом предупрежу, чтобы присматривал, на всякий случай, но вообще она не вызывает ощущение совсем уж психопатки. Идея была, как и все мои предложения, максимально простой, легковыполнимой и оттого гениальной — дед, внучки и Катя берут любой из оставшихся транспортов, заключают пакт о мире и дружбе и катятся куда глаза глядят. Главное, чтобы не со мной. Как только я закончил, в голос заговорили все сразу, кроме Володи — он единственный поднял руку и сидел молча. Ты посмотри, как положительно влияет всего один удар по яйцам. А ведь совсем недавно он так громко что-то про правительство говорил.

— Ну-ка замолкли все! — Рыкнул я и голоса стихли. — Володя, как самый воспитанный, первый может высказаться. Но коротко и по делу, время — деньги.

— Я хотел сказать, что тут не весь транспорт вы видите — хорошо поставленным голосом сказал Володя и махнул рукой в сторону мостика. — Там еще несколько гражданских машин есть, и мой Крузер там же. И хотел еще раз предложить сопроводить и защитить меня до Кемерово…

— Это мы потом обсудим — перебил я его. — Так-то интересно может быть.

— А может, и мы с вами тогда? — Сказал дед — все ж надежнее и безопаснее, чем разделяться.

— Семен, ну е-мое, хватит на кого-то надеяться, ищите свое место в мире, а? — Вздохнул я. — Ты можешь ехать за нами, кто тебе помешает, но смысл? Нечего в городах делать, а мы именно туда. Если вы от нас отстанете — клянусь, получите оружие и даже научу пользоваться, отобьетесь уж как-нибудь. И ищите к кому прибиться, хрен вы маленькой такой кучкой долго просуществуете. По-любому, где-то есть нормальные люди, но уж точно не в больших городах, слишком много там полезного, за которое все будут рвать друг другу глотки.

— А мне-то они зачем? Один сморчок и две малолетки, толку-то с них? — Опять влезла Катя. — Я с тобой хочу, ты хоть что-то можешь!

— И это ты мне что-то говорила про характер? — Покрутил я головой. А Семен и девчонки уставились на говорившую, открыв рты. — Ну, если на то пошло — а ты мне зачем? С тебя какой толк? И у меня мест нет, все вакансии заняты, еще раз говорю! Так что либо одна, либо с ними, даже Володю не отдам, он мне нужен, наверное.

Володя страдальчески поморщился, но стерпел. Зато ожил старик.

— Да мне вообще-то тоже эта девица не нужна, больно много говорит! — У него аж усы встопорщились. — Отдашь УАЗик, Кирилл? Ежели сам на Крузере поедешь. Мне гражданских машин и не надо, этот куда лучше будет. И наш еще зацепил бы на запчасти, зря, чтоль, полжизни механиком оттрубил. Найдем уж, где осесть, перебедуем как-нибудь. А тебе все ж спасибо, сынок. Не бросил, не обидел…

— Да брось, дед, Ксюхе говори спасибо.

Секретарша так и стояла возле меня, набычившись и переводя глаза то на меня, то на Катю. Неужели ревнушки? Экая чушь. Я подвинулся, освобождая место на бревне, на котором сидел, и постучал рукой, не занятой пистолетом: