И активно затряс второй рукой, показывая, в каком направлении ей стоит выметаться. Ксения смотрела на меня огромными испуганными глазами, которые активно намокали, но выходить не торопилась.

— Ксения, уж не знаю как вас по батюшке, вы чего ждете? — поинтересовался я — Красных дорожек тут отродясь не водилось, моя потрепанная личность тоже не предусмотрела общения с коронованными особами, поэтому уж будьте добры выместись сами по обычной русской землице. Не заставляй, блядь, выкидывать тебя!

В конце я психанул и от души рявкнул. Так-то я толстокожий и плевать мне, кто что думает и говорит, но почему-то ее фраза «с таким как ты» неприятно резанула. Наверное, это от стресса. Ксюша сидела все так же, не шевелясь и даже не моргая, только по щекам пробежали мокрые дорожки от слез.

— Королевы не плачут! — Чуть тише продолжил я. — Чего ждешь?

Девушка неожиданно потянулась ко мне, обняла, уткнулась лицом в плечо и сквозь слезы выдавила:

— Кирилл, прости дуру, сама не не понимаю, что несу. Не гони меня, пожалуйста, и не кричи, я боюсь тебя, когда ты кричишь!

— А мне-то на кой хрен вся эта информация? — Я не успокаивался. — Негоже с таким, как я, поди, в одной машине находиться-то? Может, мне выйти??

Ксюшу били рыдания. Она продолжала меня обнимать и заливать ключицу слезами, что вообще-то было неприятно.

— Я больше не буду, правдаааа — проныла она мне куда-то в плечо. — Вообще всю дорогу молчать буду, вот увидиииишь. Ну куда я пойду, мне страшнооо…

Я все же чуть отошел, выдохнул и предложил неплохой для себя компромисс:

— Могу подкинуть чуть ближе к отелю, дам денег, там останешься, все в большей безопасности, чем со мной в машине ночевать.

Девчонка заскребла зачем-то у меня по спине руками — то ли в замок их цепляла, то ли пыталась ребра вырвать, потом произнесла, все так же захлебываясь в слезах:

— Я все поняла, не буду, обещаююю! И в отель не хочу, мне с тобой безопаснооооо.

Тьфу ты. А такой шанс был сбагрить. Я опустил правую руку на голову Ксюше и аккуратно провел по волосам — а то случайно выдерну один, а она меня всего потом выщипает.

— Все, мир, отлипай от меня. И прекращай реветь, сейчас всю деревню разбудишь, подумают черт знает что…

Спустя минут двадцать я уже спокойно засыпал. Мне и до этого не раз приходилось ночевать в машине, поэтому чувствовал я себя вполне терпимо. А вот Ксюша долго крутилась, пыхтела и бубнила себе под нос проклятья, пока я не пообещал выкинуть ее прямо в спальнике на улицу. Помогло и она затихла, хотя, судя по неровному дыханию, так и не уснула, но это меня уже мало заботило.

Проснулся от того, что мне что-то щекотало лицо. Открыл один глаз и чуть не заорал — надо мной нависала Ксюша собственной персоной, в сантиметрах пятнадцати от моего лица, и смотрела прямо мне в глаза. Я дернулся и зарычал:

— Ты вообще ненормальная, скажи мне? Или это и правда боженька мне тебя послал за грехи мои тяжкие??

— Я не могу уснуть — очень просто информировала меня девушка. — А ты еще и храпишь. Я хотела заткнуть тебе одну ноздрю, где-то читала, что тогда люди перестают храпеть.

Я отодвинул ее от себя подальше и согнулся, садясь.

— Найдешь, где это прочитала — сожги к чертям собачьим. Люди тогда перестают храпеть, потому что перестают дышать. Мы во сне дышим одной ноздрей в основном, а ты ее закрыть хочешь. И не могла толкнуть меня? А если бы я тебя стукнул спросонья?

— Ты бы не стукнул, ты не такой — очень уверенно поведала мне малолетний психолог. — Ты бы не ударил.

— Вообще-то я уже ударял тебя, буквально несколько часов назад.

— Ну, тогда ты это сделал для меня же, чтобы вывести меня из истерики.

Мда, за несколько часов она меня уже дважды раскусила, ты посмотри. Прям в корень зрит всегда.

— Так, крошка Ксю, не занимайся ерундой и ложись спать. Если буду храпеть — толкни меня посильнее, я проснусь, а так больше не делай, поняла? — И откинулся назад на спинку. Эх, жаль ноги не вытянуть, совсем бы хорошо было…

— Ну Кирилл, мне не спится совсем. Я сегодня столько всего перенесла, что вообще не хочу спать! Поговори со мной!

— Будешь жужжать — отправишься спать на улицу. Как раз мой спальник испытаешь, я его ни разу не использовал на холоде. Утром сообщишь, как оно. Все, рота отбой!

И закрыл глаза. Слева еще пару минут слышалось шебуршание и пыхтение, потом затихло. Но теперь у меня сна ни в одному глазу не было. Ну твою мать, а так хорошо заснул! Чертова баба!

Пролежал так еще несколько минут, посчитал овец, потом баранов, потом представил почему-то как наш премьер-министр с президентом играют в чехарду, прыгая друг через друга. Но сон не шел. Я тяжело выдохнул и тихонько спросил: