А потом была гульба до утра. Стас вызвонил «ночных бабочек», которые приятно разбавили мужской коллектив. Правда, их было намного меньше, чем желающих воспользоваться их услугами — по словам сутенера, многие перестали выходить на работу, боятся. Но и тут красненькие бумажки, перекочевавшие в карманы девочек, помогли договориться. И уже спустя пару часов на ногах были только Максим, который выпил самую малость — после того небольшого запоя пить совсем не хотелось, и сам Стас. Он был непривычно задумчив и тих, практически не заметен за столом, и даже не претендовал на более чем доступный женский пол, чем изрядно удивлял всех остальных — обычно в таких делах Кент своего не упускал.

— Братка, а ты чего от коллектива отрываешься? — Похлопал Стас Максима по плечу. — Все уже в угаре, один ты чаи гоняешь.

— Да я тут на днях уже перестарался с этим делом, смотреть не могу — скривился Макс. — Но ты-то тоже, вон, трезвехонький. Вот от тебя не ожидал. Что, годы без меня тебя так изменили?

— Шутник, шутник, я оценил… — Одними губами улыбнулся Стас — Да неспокойно на душе, братка. Кошки прям скребут, мать их за ногу.

В поддержке людей Максим не разбирался совсем, поэтому просто молча приобнял старого друга за плечо.

— А че ты паришься-то? Что нашумели со стволами?

— Да хер с ними, стволами этими! — Рыкнул Стас. — Нам без них никак было! И прибарахлились нормально!

Потом на какое-то время замолчал и потянул Макса за рукав в гараж.

— Пойдем, кой-чего покажу. Ты будешь третьим, кто увидит…

От увиденного Максим выпучил глаза и уронил челюсть.

— Сколько здесь? — Наконец ожил он.

— Около полтинника, в лимонах, конечно.

— Ну и че ты паришься, это же такие бабки! Да мы теперь со стволами, да лавэ такого шухеру наведем!

— Макс, вруби башку, ты же не дурак! — Стас схватил друга за плечи и уставился в глаза. — Не могла такая сумма оказаться в той дыре просто так! И уж всяко это не тот магазинчик столько принес. Как бы нам не предъявил кто за все это…

— Да не гони, Стасян! У нас же щас и бабки есть, и стволы, отмахаемся!

— Фу, Макс, ну твою мать! Ты же не пил! Тебе бабки все мозги что ли затуманили? Приди в себя! — И он тряхнул хорошенько друга. — Да хер даже с бабками, тут два «Стечкина»* валяются, тебя это не смущает?

Максим высвободился из его хватки и чуть более спокойно произнес:

— Понятия не имею, что за «Стечкины» и почему они должны смущать меня. И не понимаю, что ты вообще имеешь в виду, а тем более, не понимаю, что ты предлагаешь? Назад все увезти?

Стас сплюнул и отвернулся. Успокоив дыхание, быстро сказал:

— Стечкин — это автоматический пистолет, их на “гражданке” хрен достанешь, если у тебя нет серьезных подвязок. А в сумме с бабками, у меня закрадывается мысль, что мы вломились на полянку сильно не своего уровня.

— И? Что ты предлагаешь-то? Ну давай всех растолкаем, увезем назад, делов-то. Там еще можно подождать хозяев, извинимся.

— Макс, не неси херню пожалуйста. Я весь вечер думаю, что делать. И думаю… — Он громко выдохнул. — Валить надо.

— В смысле валить? Куда?

— В первую очередь, не куда, а кого — голос Стаса помертвел — всех, Макс, всех. Я не сомневаюсь, что если серьезные люди на нас полезут, то мы не отмахаемся ни хера. А я, как бы это банально ни было, еще побегать хочу, водки попить, баб повалять. А нас спалят, братка, сто процентов, если уже не пропалили.

— В смысле всех? Стас, ты совсем ебанулся? — Обычно Максим старался не материться, но тут не выдержал. — Это ж твои пацаны? Да и на хрена? Нас тут получается под два десятка! Ну и найдут нас, полезут внутрь — как дадим со всех стволов, так и вылезут! Стас! Ты под чем-то что ли? Или это проверка?

— Не зуди, Макс, не жена. И не рассказывай мне за моих пацанов! Большая часть из них меня продаст за двадцать баксов. Это ж шавки. И тем более, тебе-то че за них париться, ты их знаешь два дня. Если приедут серьезные дяденьки, нас тут перещелкают за полчаса. Короче, я решил все уже. — Он поднял руку с пистолетом, нацелив ее ровно в переносицу Максиму. — И тебе пора.

Максим резко побледнел.

— А? Что пора? — Прошептал он непослушными губами.

— Решить пора, Максимка. Либо ты со мной, либо ты с ними. А я еду в Кемерово. И матушка твоя там же до сих пор живет, насколько я знаю? Вот, еще одна причина тебе, чтобы выбрать правильную сторону.

— Но зачем всех валить? Просто давай уедем тогда и все. Один хрен, никто ничего не услышит.

— За шкафом! — Опять не выдержал Стас. — Они знают многовато! Ну? Ты со мной?

***

Через два часа они уже ехали на «Тундре» Стаса в сторону выезда из города. В «берлоге» все прошло быстро и почти без проблем — Стас сам прошелся по всем комнатам, перерезая глотки и бывшим своим коллегам, и проституткам. Небольшая заминка вышла только с Ильичем, весьма неудачно вставшим куда-то посреди ночи. Его Кент сначала вырубил хорошо поставленным ударом в челюсть и только потом уже отправил к праотцам. Впрочем, это можно было считать проблемой только для Максима — он стоял в коридоре «на стреме» и наблюдал происходящее буквально в паре метров от себя. От увиденного он тут же согнулся в рвотных позывах, но пара тычков по ребрам быстро привели в чувство.