— Да, я отправляла письма, на которые ответила Шарлотта. Я действительно пыталась связаться с тобой. Я хотела, чтобы ты был в жизни Даниэлы. Ей нужен отец. Я не поступила бы так подло по отношению к собственной дочери и не разлучила бы её с отцом.

— Я не могу смириться с тем, что Шарлотта в этом замешана. Она просто мой личный помощник. Какого чёрта ей скрывать от меня новости о моём собственном ребёнке?

Я качаю головой. Это один из тех вопросов, на которые я не могу ответить за него. Картер садится на диван, и я решаю осторожно подойти к нему. Когда он кажется спокойным, я сажусь рядом с ним.

Мои глаза блуждают по его сильным чертам лица. Он был привлекательным в колледже, но теперь, когда он стал мужчиной и влиятельным генеральным директором, он потрясающе красив.

— Ей три года? — спрашивает мужчина. Когда он смотрит мне в глаза, часть моего сердца разрывается на куски от того, что я вижу перед собой. В его глазах блестят слёзы. Я никогда не видела Картера таким уязвимым.

— Да. Она здорова, Картер. Я действительно делаю всё, что в моих силах. Она никогда не голодала, и я всегда забочусь о её благополучии. Честное слово.

Он скрежещет зубами, и это действие заставляет меня откинуться на спинку стула.

Он тянется к моей руке и сжимает её, а потом будто ломается прямо у меня на глазах. Я кладу свою руку поверх его, не зная, чем я могу ему помочь, чтобы облегчить его боль. Я не могу себе представить, что он должно быть чувствует сейчас.

Картер прикрывает глаза другой рукой и плачет. Я не могу сдержать своих слёз и придвигаюсь к нему ближе. Я притягиваю его к себе и прижимаю. Я бы точно также реагировала, если бы узнала, что пропустила первые три года жизни моей дочери.

Слёзы катятся по щекам, когда вся душевная боль последних нескольких лет переполняет меня.

— Мне жаль, что меня не было, — шепчет он, когда к нему возвращается некоторый контроль над своими эмоциями. — Я хочу увидеть её, Делла. Я хочу подержать мою маленькую девочку на руках.

— Хорошо. Уже поздно, и она спит. Если ты придёшь завтра утром до открытия закусочной, то сможешь провести с ней немного времени.

— Я должен связаться со своим адвокатом.

Его слова шокируют меня. Я не ожидала их услышать. Я думала, что мы всё уладим между собой. Идиотка.

Я встаю и нервно заламываю руки.

— Я не могу бороться с тобой за неё, Картер. Ты это знаешь. Я — единственный родной человек, который остался у неё за последние три года. Не поступай так с нашей маленькой девочкой. Я её мать. Пожалуйста, не забирай её у меня, — я хватаю ртом воздух, когда рыдание вырываются наружу. Я просто умру. Я перестану существовать.

Когда он просто смотрит на меня, я начинаю нести чушь.

— Ей всего три года, Картер. Её самое большое достижение — это то, что она спит всю ночь, не мочась в постель.

Он встаёт и берёт меня за плечи.

— Я не собираюсь забирать её у тебя, Делла. Я не грёбаный монстр, и я не враг. Мне нужен мой адвокат, чтобы он мог сделать тест на ДНК. Я должен понять, какую роль Шарлотта играет во всём этом. Мне нужно убедиться, что о Даниэле позаботятся, если со мной что-то случится. Я просто собираюсь сделать для неё то, что мой отец сделал для меня. Это всё, о чём я должен думать прямо сейчас.

Я сосредоточилась лишь на самой важной части его слов.

— Ты не заберёшь её у меня?

— Нет. Мы разделим опеку. Мы оба нужны ей.

Я начинаю смеяться и обнимаю его за шею. Я крепко обнимаю его, но вскоре мой смех превращается в рыдания. Его руки обвиваются вокруг меня, и он крепко прижимает меня к себе, пока я плачу навзрыд у него на груди.

— Спасибо, — мне удаётся прошептать.

Он отстраняется и обхватывает моё лицо своими сильными руками.

— Тебе спасибо, — произносит он со слезами, проступающими в его глазах. — Ты подарила мне ребёнка, Делла, — он целует меня в лоб.

Это была адская ночь, и я знаю, что она далека от завершения. Но сейчас я испытываю чувство облегчения, зная, что мой ребёнок всё ещё со мной и в безопасности.

Глава 22

КАРТЕР

Как только я закрываю дверь за Деллой, я звоню Ретту.

Как только он берёт трубку, я рычу:

— Мне нужно, чтобы ты пришёл в мою комнату.

— Да, босс, — шипит он в ответ. Он называет меня боссом только тогда, когда я его злю.

С тех пор как папа скончался, ребята смотрят на меня, как на его преемника. Папа взял их всех к себе, когда мы учились в старших классах. Мы не оставили ему особого выбора. Однажды он сказал мне, что у меня есть сильная компания друзей, чему он был очень рад, на протяжении всего того времени, что мы дружили. Вот почему он относился к ним как к своим собственным детям. Это был просто ещё один способ, которым он обеспечил моё спокойное будущее.