— Ты это спланировал, — заявляет он, глаза пылают гневом.

— Я знал, что мне понадобится страховка.

Он с тоской смотрит на ключ. Его взгляд переходит с него на меня, и он кивает.

— Хорошо.

— Откуда мне знать, что ты не собираешься меня наебать? — спрашиваю я, хватая ключ и кручу цепочку вокруг пальца.

— Разве ты не слышал о чести среди воров? — рычит он.

Слышал. Я также знаю, как он действует.

— Она остается.

Его взгляд устремляется в сторону кухни, а затем снова на меня.

— До выпускного. А потом она уедет.

Это все, что мне нужно.

— Зачем она тебе? Она не может быть такой классной шлюхой. Ее мать точно такой не была.

Больной ублюдок.

Я встаю из-за стола и игнорирую это заявление.

— О, и просто предупреждаю. Моя машина все еще будет здесь утром.

В этот момент в столовую входит Остин.

— Пойдем в медиа-зал, — говорю я ей. — Я хочу посмотреть фильм.

Она хмурится, но кивает.

— Я уезжаю из города завтра утром, — хмурится ее отец. — Меня не будет две недели.

Затем он уходит.

ОСТИН

— О чем вы разговаривали? — спрашиваю я, когда мы входим в медиа-зал.

— Ни о чем, — говорит он, закрывая за нами дверь.

— Коул?

— Что?

— Почему ты отмахиваешься от всего, о чем я спрашиваю? — Я опускаюсь на круглый диван.

Он проходит мимо меня и направляется к стеклянному столику, который стоит под экраном. Схватив пульт, он нагибается и смотрит на стопки фильмов под ним.

— Я не знаю, о чем ты говоришь.

Я снимаю туфли и откидываюсь назад, скрещивая руки на груди.

— Нет, знаешь, — возражаю я.

Он молчит, пока выбирает фильм и вставляет «Уйти за шестьдесят секунд» в DVD-плеер. Он выключает свет и встает передо мной. Я смотрю на него, когда начинается фильм.

Затем, будучи таким ублюдком, как он есть, он тянется вверх, хватает свою рубашку и стягивает ее через голову, бросая ее на пол.

— Что тебе нужно? — спрашиваю я, в комнате становится жарче с каждой секундой. Ненавижу, как мои глаза пробегают по следам, которые оставили мои ногти всего час назад, когда мы были в моей комнате. Как он задыхается, когда я провожу руками по его коже. Я хочу пометить его так же сильно, как он хочет пометить меня. Это очень нездорово.

Затем он потянулся к пуговице на своих джинсах.

— Ты.

— Коул. — Я оглядываюсь вокруг, как будто мы не одни. Но так и есть. — Мы могли бы сделать это в моей спальне. — Но мое сердце начинает колотиться при мысли о том, чтобы сделать это здесь, пока папа и Селеста внизу.

— Я хочу заняться тобой здесь, — заявляет он.

Его джинсы падают на пол, а затем он ползет по мне. Я отстраняюсь и нервно смотрю на него.

— Ты что-то задумал. — Но мои бедра напряжены, а киска уже мокрая.

Он усмехается, хватаясь за подол моей рубашки.

— Не доверяешь мне?

— Нет.

Он снимает с меня рубашку и бросает ее на пол вместе со своей. Затем он тянет бретельки моего лифчика, обнажая мою грудь. Мои соски твердые, и он облизывает губы.

— Хорошо, потому что ты не должна. — Затем он опускает свои губы на мою кожу.

Я выгибаю спину и испускаю долгий вздох, когда он сосет мой сосок. Нежно покусывая его. Он отпускает его с чмокающим звуком и переходит на другую сторону.

Я поднимаюсь и хватаю его за волосы, потягивая за них. Он целует мой живот. Мое дыхание учащается, когда он целует мои бедра, а затем опускается между моих ног. Его язык лижет мою киску, и я вздрагиваю.

— Коул. — Я задыхаюсь.

Он располагается между моих ног и закидывает их себе на плечи. Я выгибаю спину, когда его язык проникает в меня. Он трахает меня ртом так же сильно, как и членом. Я вскрикиваю и закрываю рот рукой, не желая, чтобы кто-нибудь в доме услышал меня, хотя я знаю, что они не слышат. Это дом площадью пятнадцать тысяч квадратных футов. Вероятность того, что они стоят по ту сторону двери, очень мала.

Знакомое чувство, которое я испытываю каждый раз, когда он держит меня на руках, начинает нарастать, и я выгибаю спину, закрывая глаза. Мои бедра сжимаются вокруг его головы, и я кончаю, пробормотав его имя, потому что моя рука все еще находится у моего рта.

Он опускает мои ноги и убирает мою руку. Я вдыхаю с яростью, мое тело содрогается.

Он нависает надо мной, облизывая свои влажные губы.

— У тебя потрясающий вкус, милая. Мне нравится.

Затем его губы оказываются на моих.