— Извини, мне брат звонит по второй линии. Двоюродный. Он здесь проездом. Знаешь, может быть, даже билет брать не придется. Если он тоже туда едет! Быстро вещи соберу и поеду. Я напишу. Целую.

— Напиши, Глаш! Напиши! Я тебя ждать буду!

Откладываю телефон в сторону.

— Можно я прилягу? — кошусь на диван. — Спать хочется.

— Глаш… — тихо спрашивает Аня. — А ты правда… Правда домой поедешь?

— Может быть, поеду. Или не поеду. Здесь плохо, там тоже ничего хорошего. Как быть, когда везде плохо?

Ложусь ничком на диван, отвернувшись лицом к стене.

— Знаешь, я тебя понимаю, — вздыхает Аня, присев рядышком. — Мне с братом иногда до того жить тошно, хоть вешайся. И без него — тоже не получится. Семья… Так ты поедешь за билетом?

— Пять минут, — закрываю глаза. — И поеду.

— Мне кажется, ты уснешь. У тебя вид такой, будто ты всю ночь не спала. И… И засос на шее! — выпаливает.

Внезапно тихоня Аня начинает меня тормошить.

— Неужели ты вот так все отпустишь? Снова?! Но Верку-то ты наказала! Наказала…

— Аня. Знаешь, чем мне эта месть обернулась… Отстань. Не буду я мстить никому.

— Хотя бы проучи… Пусть знает, что с хорошими девушками так поступать нельзя!

***

Тихон

Разговор с куратором тяжелый и долгий. Но еще дольше я курю. Курю так много, что сам себя начинаю чувствовать пепельницей. Надо завязывать с этим дерьмом. Глаша — та еще Цаца, будет от меня свой носик вертеть, целоваться не захочет, а она так сладко, вкусно дает мне свой ротик…

Сегодня докурю, потом брошу. И придумаю, как быть. Обязательно придумаю. Я же не дурак.

Так, сколько времени уже здесь торчу. Моя проголодавшаяся Глаша, наверное, уже весь завтрак уничтожила, а я все еще мнусь. Пора вернуться.

Взгляд цепляется за посетителей ресторана отеля. Наше место так расположено, что его видно не сразу.

Какой-то противный холодок цепляет под самым сердцем. Выруливаю и замечаю, что Глаши нет. Как сквозь землю провалилась.

Ее сумочки тоже нет!

Звоню. Не отвечает.

Пишу.

Без ответа.

Снова звоню…

Потом она сама перезванивает, голос сильно расстроенный.

Осторожно выясняю, в чем дело. Глаша извиняется, говорит, что с родными что-то стряслось, надо ехать.

Я бы… даже не знаю… был на что угодно готов, лишь бы ее посильнее заарканить, приручить к себе. Пожалуй, даже в ее мухосранск бы поехал! Но… Не выйдет!

Сегодня встреча с куратором, меня введут в курс дела, цели поставят, задачи разъяснят. Буду думать… Вливаться в процесс.

Может быть, так даже лучше, а?

Пока Глаша к родным смотается, я тут с Иркой тихонько раскидаюсь, насчет дела узнаю. Вдруг не так страшен черт, как его малюют?

Напоследок Глаша обещает, что будет писать, и я ей верю.

Завтракать приходится одному.

Кручу в голове разговор, потом отправляю деньги Глаше на карту.

Глаша: «Ты мне деньги прислал? Зачем?! Еще и так много! С ума сошел!»

Я: «Не хочу, чтобы ты чувствовала себя стесненно. Пожалуйста, не подумай ничего дурного! Вдруг родным помощь нужна будет…» — добавляю напоследок.

Глаша: «Ты самый странный и непредсказуемый мужчина…»

Я: «Но я же тебе нравлюсь. И запомни, я — твой мужчина»

В ответ прилетает скупое сердечко. Но я и на него улыбаюсь, как дурак.

Моя же ты стесняшка… Сердечки посылает!

***

Глаша

— Ты чего? — уточняет Аня.

Наверное, замечает, как сильно меня перекосило, как я вскочила, сжимая пальцы в кулак.

— Деньги он мне отправил! — плююсь. — Чтобы ни в чем не нуждалась в поездочке! И лапшу вешает: «Я твой мужчина!» А невесту беременную куда денет?! Ах, никуда… Ему и так неплохо!

— Постой, а ты уверена, что это прям невеста?

— Уверена. У них отношения. Там видео… куча. Они всюду вместе. Целый порнхаб… Да уж, я такое явно ему не изображу. И Ань… У них отношения начались раньше. Так что это я… Я тут, как… Как не пришей пизде рукав! — выдаю.

— Огооооо! — тянет подруга. — Я, кажется, первый раз слышу, как ты материшься.

— Что ты там говорила про отомстить? Проучить!

Глава 32

Глава 32