— Это вам, миледи, — он протянул книгу Хелене. — Прочтёте — и, думаю, мы начнём.

Она смело выхватила фолиант, и лицо её дрогнуло от неожиданности — тот оказался слишком тяжёлым. Крупные строгие буквы языка Санаркса на обложке гласили: «Политика и Экономика». Страниц было столько, что книгу легко можно было разделить на две или даже три. Хелена слегка нахмурилась, но лишь от твёрдой решимости сделать всё, что от неё требуется, как бы сложно ни было. Рейверн узнает, насколько политика не для женщины!

— Отлично. — Она коротко улыбнулась и встала.

— Успехов, мисс.

В его голосе проскочила лёгкая насмешка, но Хелена не обратила на неё внимания и, не прощаясь, ушла, прижимая книгу к груди. Когда дверь закрылась, сэр Рейверн опустился обратно в кресло и закинул руки за голову. Отчего-то он не сомневался, что она придёт. Ждал позже, но ждал. Сколько бы Хелена ни переняла от матери — нервность, вспыльчивость, обычное женское притворство — она была дочерью своего отца, и её не могла не беспокоить судьба страны. Гардиан всегда знал, что так будет.

«Что ж, интересно, что из вас получится, мисс Арт», — с азартом подумал сэр Рейверн, не отрывая взгляда от двери.

Коридоры навеивали неприятное, ощутимое кожей волнение. Джонатан хмурился, глядя по сторонам, пока шёл из гостевого крыла, в которое переместился, в другое, где находилась комната Эдварда. Это было одно из немногих Восхождений, которое Спарксы провели не в компании королевской семьи на шикарных гуляниях. И вот теперь, спустя пару дней после самой светлой ночи, Эдвард ждал друга у себя, а Джон медленно поднимался по лестницам, пытаясь разобрать странную энергию, которая вызывала у него сильную тревогу и ощущение скорой беды.

Такой мощной он ещё не встречал. Лиф был сильным, от него несло чёрной энергией, которая могла опутать любого, подобно змеям, но даже его — ничто в сравнении с тем, что Джонатан чувствовал сейчас. Эта была враждебна, почти опасна, и в пустом коридоре, отражаясь от стен, она становилась ещё более ощутимой.

Джонатан шёл нарочито медленно, постоянно оглядывался и пытался прощупать воздух, узнать, как близко источник. Джон заметил мельтешение площадкой выше, но не обратил внимания: его цель была совсем рядом…

Ярко-алые, слепящие молнии ударили в глаза. Ток, парализуя, прокатился по телу.

Джонатан отшатнулся, протирая ослепшие глаза, и обратился весь в ощущения. Он только что впечатался в ядро той самой энергии, которая лилась на него весь путь наверх. И сейчас это ядро стояло совсем рядом и не двигалось.

Слепота проходила, перед Джоном рисовался силуэт. Слишком близко.

— Простите. — Джон отступил, закашлявшись, поднял голову… и снова закашлялся. На этот раз от неожиданности.

— Что-то не так? — спросила Анна, недоумённо глядя на него.

— Всё… в порядке, — медленно проговорил он, но оторвать от неё взгляд теперь стало слишком сложно.

Анна была ядром. Это вокруг неё из молний сплеталось энергетическое поле, распространяющееся по коридорам и лестницам. Джонатан нервно сглотнул: вот, как выглядит Аура. На балу её энергия смешалась с энергией других гостей, и Джонатан даже не сразу поверил, что эта девушка могла обладать подобной. Филипп, должно быть, преувеличивал, чтобы выставить свою сомнительную пассию в выгодном свете. Но вот она, перед ним, и аура сверкает так близко. Он никогда с ними не сталкивался и теперь в ужасе не мог сдвинуться. И больше всего его пугало то, что аура Анны была тёмной.

Они встретились взглядами. И Анна поняла. Джон был уверен, что поняла, — так резко поменялся её взгляд с удивлённо-настороженного на злой и полный желания запустить в Джонатана настоящей молнией. Кровь застучала у него в ушах, желудок сжался. С ней бы он не справился. Он был ключником, поисковиком, но ни разу не боевым магом. Его щит не выдержал бы первую же её атаку. Где-то на задворках создания Джонатан понимал: в замке она едва ли позволила бы себе применять магию против людей, но от одного её взгляда было страшно.

— Проблемы? — вдруг раздался удивлённый голос. Анна вскинула голову и сжала губы.

— Эд! — истерично вскрикнул Джонатан. У него будто камень с души упал.

Эдвард спускался по лестнице, держа руки в карманах брюк. На лице у него было написано недоверие, брови — сдвинуты, глаза переходили с Анны на Джонатана и обратно.

— Тебе нужна помощь? — спросил он, останавливаясь на ступеньку выше.

— Я ищу Фила, — хмуро отозвалась Анна. — Мы столкнулись с твоим другом, пока я спускалась. Кому-то нужно смотреть перед собой.