— Значит, так и поступим. Давайте собираться, — со свойственной ему энергичностью сказал Квинт.

Ирма улыбнулась, открыв желтые зубы. Такое с ней случалось нечасто.

— Собираться нет необходимости, — ответила она. — Не нужно ничего делать. Я взяла на себя смелость упаковать ваши вещи. Прошу вас, уедем немедленно!

Без дальнейших проволочек они расплатились по счетам и покинули гостиницу.

Кракович вызвался вести машину, давая Сергею Гульхарову возможность отдохнуть. И пока они на большой скорости неслись по ночному шоссе в сторону Бухареста, Гульхаров, сидя рядом с Ирмой на заднем сиденье машины, во всех подробностях тихо рассказывал ей о том, что произошло на склоне крестообразных холмов, и об ужасном, чудовищном существе, которое они сожгли.

Когда он закончил, Ирма сказала:

— По вашим лицам я догадалась, что случилось нечто подобное. Я рада, что меня там не было и я всего этого не видела...

После очередного приступа боли, случившегося около десяти часов вечера, Дарси Кларк проспал как убитый в своей комнате в отеле около трех часов. Когда он проснулся, то почувствовал, что вполне здоров и готов к бою. Все это показалось ему весьма странным: он никогда не слышал, чтобы приступы гастроэнтерита так внезапно возникали и исчезали, хотя, конечно, ничего не имел против того, чтобы боли, наконец, прекратились. Кроме того, он так и не выяснил причину их появления. Как бы то ни было, никто из группы не испытывал ничего подобного. Не желая и дальше подводить своих коллег, Кларк быстро оделся и пошел доложить, что готов к работе.

В комнате, служившей им пунктом сбора и связи, он обнаружил Гая Робертса, сидевшего на вращающемся стуле, опустив голову на руки и лежа грудью на столе, заваленном бумагами, документами, журналами, куда записывались ежедневные отчеты; здесь же стоял телефон. Робертc спал, а возле самого его носа стояла полная окурков пепельница. Заядлый курильщик, он, наверное, даже спать не мог, не ощущая запаха сигарет и пепла. Тревор Джордан дремал в глубоком кресле, а Кен Лейрд и Саймон Гувер потихоньку раскладывали ими самими придуманный вариант китайского пасьянса на маленьком, покрытом зеленым сукном столике. Гувер, довольно одаренный предсказатель и провидец, был рассеян и много раз ошибался.

— Никак не могу сосредоточиться, — ворчливо пожаловался он. — У меня нехорошее предчувствие — непременно произойдет что-то очень плохое, я предвижу массу неприятностей.

— Не стоит извиняться и искать оправдания, — ответил Лейрд. — Черт возьми, мы все знаем, что приближаемся беда. И мы знаем, откуда она придет. Неизвестно только, когда!

— Нет, я не об этом, — нахмурившись, махнул рукой Гувер. — Эти неприятности будут не наших рук делом. Нападение на Харкли-хаус и Бодеску — совсем другое. То, что я предчувствую, не имеет с ними ничего общего.

— Тогда, может быть, стоит разбудить толстяка и рассказать об этом ему? — предложил Лейрд. Гувер отрицательно покачал головой.

— Я твержу ему это уже целых три дня. Мое предчувствие неопределенно — оно всегда бывает таким, но тем не менее оно не исчезает. Возможно, ты прав, и оно связано с тем звоном и грохотом, который вскоре начнется в Харкли-хаусе. А если так, поверь мне: это будет нечто грандиозное. Как бы то ни было, пусть старик Робертc поспит. Он очень устал, а когда проснется, все здесь опять пропитается мерзким табаком. Однажды я видел, как он курил сразу три штуки. Боже, хоть противогаз одевай!

Кларк обошел вокруг сопящего во сне Робертса и заглянул в список дежурств. Робертc составил его только до конца дня. Сейчас дежурил Кин, потом его сменит Лейрд, искатель, или поисковик, который останется на посту в Харкли-хаусе до восьми утра. Затем до двух часов дня дежурить будет Гувер, а его, в свою очередь, сменит Тревор Джордан. На этом график дежурств обрывался, и Кларк подумал, случайно ли это...

Вполне возможно, именно это и предчувствовал Гувер: звон и грохот, как он выразился. Вот только начнется все раньше, чем он предполагал.

Склонив голову набок, Лейрд наблюдал за изучавшим график Кларком.

— В чем дело, старина? У тебя все еще расстроен желудок? Можешь не беспокоиться по поводу дежурства. Гай освободил тебя от этой работы.

— Он не хочет, чтобы ты перепачкал там все кусты! — с усмешкой, взглянув на Кларка, добавил Гувер.

Кларк рассмеялся, но лицо его при этом хранило озадаченное выражение.

— Я уже вполне здоров, правда. И умираю от голода! Кен, если хочешь, можешь отправляться спать. Я заступлю на ближайшее дежурство, и, таким образом, наш график вновь войдет в обычную колею.

— Да ты просто герой! — тихо присвистнул Лейрд. — Великолепно! Шесть часов, проведенных в постели, меня вполне устроят. — Он встал и потянулся. — Ты есть хочешь? Там на столе под тарелкой лежат сэндвичи. Они немного подсохли, но все еще вполне съедобны.

Все время поглядывая на часы, Кларк принялся жевать сэндвич. Было пятнадцать минут второго.

— Я сейчас быстро приму душ и сразу же поеду, — сказал он. — Когда Робертc проснется, скажите ему, что я приступил к своим обязанностям. Договорились?